– Девочки еще не пришли? Уже двадцать минут седьмого. Надеюсь, они не забыли.
– Барбс, дорогая, ты слишком много волнуешься, – сказал Сельвин. – Им по восемнадцать, они могут сами о себе позаботиться. Кому-нибудь принести выпить?
– Мне достаточно, Сельвин, – сказал Гарри. – Хочу быть в ясном уме на обратном пути.
– Хорошо. А остальные? Барбс?
Майки повернулся к Карлу.
– Папа, а мне это можно? – поднял он вверх бело-голубую карамель размером с его голову. – Это мне миссис Даган дала.
Дейзи виновато улыбнулась, и Карл пожал плечами:
– Конечно. У тебя и так зубы выпадают, так что вреда она не принесет.
Майки повел бровью и дотронулся языком до места, где раньше был зуб.
– Я шучу, – засмеялся Карл. – Конечно, можешь есть. Помогу тебе с напитками, Сельвин, – сказал он, поднимаясь с места. – Майки, ты остаешься здесь с Барбс.
Барбс снова посмотрела на часы и забарабанила пальцами по столу.
– Куда же они подевались?
– Перестань волноваться, Барбара. Наверняка они познакомились с мальчиками и прекрасно проводят время.
– Триша, ты думаешь, мне от этого спокойнее? Тебе-то что, это не твоя дочь.
Триша оторвала кусок ваты и засунула его в рот. Буквально за секунду она растаяла.
– Вообще мы с Сельвином работаем над этим. Я хочу маленькую дочку.
Сердце Барбс сжалось. Именно этой новости она боялась с того самого дня, когда Сельвин женился на Трише. Свидетельство, которое они подписали в загсе тем сентябрьским днем десять месяцев назад, и так не давало ей покоя, но ребенок соединит их навсегда. Ей было плохо от одной лишь мысли о том, что у Сельвина будет общий ребенок с этой женщиной. А что, если это будет мальчик? Триша, может, и хочет девочку, но Сельвин всегда хотел сына, и Барбс до сих пор переживала из-за того, что не смогла родить ему мальчика.
– Ладно, дамы, хватит пререкаться, – сказал Гарри, глядя на меню. – Давайте закажем что-нибудь поесть. – Он стал передавать по кругу ламинированные листки. Триша, не дожидаясь своей очереди, выхватила один у него из рук. Обнаружив на нем каплю засохшего кетчупа, она принялась соскребать его ногтем.
– Какая гадость, – бормотала она. – А эти фото. Можно подумать, мы и сами не знаем, как выглядит курица в корзинке. Куда нас Сельвин привел?
– Выглядит вполне нормально, – сказал Гарри.
Триша испепелила его взглядом.
– Без обид, Гарри, но тебе, привыкшему ужин из мусорки доставать, любое место покажется «Савойем».
Дейзи похлопала Гарри по плечу:
– Не обращай на нее внимания, Гарри. Она просто перепила.
Триша покачала головой:
– Поверь мне, Дейзи, я еще даже не начинала.
Напряженное молчание прервала Барбс, увидев Лорейн, которая пыталась пробраться сквозь многолюдный сад. Она встала и стала махать руками.
– Слава богу, вот она. Мы здесь, дорогая!
Увидев мать, Лорейн прибавила шагу. Дойдя до их стола, она оперлась о него руками и попыталась отдышаться.
– Ты бежала, Лорейн? У тебя все лицо красное. Надеюсь, ты не сгорела. А куда делась Петула? – спросила Барбс, посмотрев по сторонам.
– Она… она… в туалете. Ей… мм… не очень хорошо, мам. Ты можешь пойти со мной?
– Лорейн, что вы натворили опять? Вас на пять минут нельзя оставить.
Барбс оказалась совершенно не готовой к тому зрелищу, которое открылось ей за дверью женского туалета. Петула стояла на полу на четвереньках и выла, как волк на луну. На лицо налипли волосы, кожа блестела от пота или слез – скорее всего, от того и другого сразу. Барбс положила руку на шею Петуле.
– Что случилось, милая?
Петула лишь выдыхала – порывисто, сильно, как будто надувала шарик.
Лорейн ответила за подругу дрожащим голосом:
– Мы думаем, она рожает, мам.
Барбс переводила взгляд с одной девушки на другую. От удивления у нее открылся рот, и она не могла вымолвить ни слова.
– Вы думаете, она рожает?! Но как… то есть… я даже не знала, что она… О, боже мой, что ты наделала, Петула?
– Мам, успокойся, это не поможет. Мы были на пляже, и из нее потекла жидкость и…
– О боже, значит, у нее отошли воды, ей нужно срочно в больницу. Лорейн, пойди в бар и вызови там «скорую» по телефону, – пришла в себя Барбс и тут же принялась за дело.
Петула запрокинула голову и схватила Барбс за руку. По ее взгляду Барбс поняла, что это вопрос жизни и смерти.
– Нет, – отрезала Петула. – Без больниц, пожалуйста, умоляю вас. Это убьет папу. – Она застонала от накатившей боли. – Я не шучу, это его добьет.
Барбс села рядом с ней и заговорила тише:
– Но я не смогу принять у тебя роды, Петула. Я не знаю, что делать. Я уверена, что твой папа свыкнется с этим, он отойдет и…
Петула снова закричала:
– Вы совсем ничего не поняли. Нельзя, чтобы он узнал. Пожалуйста, сходите за Дейзи.
– Дейзи? А она тебе зачем? – недоумевала Барбс.
– Она работает в больнице, что-нибудь да знает.
– Я думала, она работает в сырном отделе в продуктовом.
– Она на двух работах работает, мам, – вмешалась Лорейн. – Но она же только полы моет в больнице, Петула. Она не акушерка. Нам нужно вызвать «скорую».
– Аааа, это существо убивает меня, – выла Петула.
– Лорейн, делай, как она говорит, веди сюда Дейзи. В любом случае «скорая» вряд ли успеет, времени спорить нет.
