Первое время образы не приходили. Закрыв глаза и сосредоточившись, Оля ощутила знакомое покалывание в кончиках пальцев – так всегда было, когда пропавшая вещь как-то
Девушка вскрикнула и с трудом разомкнула веки.
– Ну, что там? – сгорая от нетерпения, выпалила Валентина.
– Кажется, я знаю, кто украл деньги, – выдохнула девушка, – но вам это может не понравиться.
Обратно ехали молча, Валентина что-то судорожно просчитывала в уме, наморщив лоб. Было видно, что у Ивана на языке вертится миллион вопросов, но он ни о чем не смел спрашивать, только каждые несколько минут нервно оборачивался на заднее сиденье, где сидели Николаева с Олей.
– За дорогой смотри, – наконец осадила его женщина, – шею свернешь.
Иван обиженно отвернулся, даже по его спине было заметно, что он в негодовании.
Анатолия решили на всякий случай оставить пока в Детково, ведь то, что сказала Оля, надо было еще проверить, а за домом в Москве могли следить. Попетляв по городу и сделав почти круг по Садовому кольцу, автомобиль, наконец, въехал во двор дома Николаевых.
Валентина одним махом взбежала на третий этаж и, отчаянно пытаясь унять дрожь в пальцах, вставила ключ в замочную скважину.
В квартире по первому впечатлению было тихо, но, прислушавшись, можно было различить неясное движение. Валентина немного постояла, опершись рукой о вешалку и успокаивая дыхание, потом решительно бросила Оле:
– Вперед. – И они вошли в столовую.
Валерий сидел, развалившись в кресле, в руках у него была рюмка. Увидев сестру, он широко улыбнулся. На Олю же, которая жалась к дверному косяку, не решаясь войти, он едва взглянул.
– Ну, здравствуй. – Валентина, как будто успокоившись, обрела свое обычное уверенное выражение лица.
– О, нашлась. – Он поднялся и вальяжно обошел широкий стол, покрытый бархатной скатертью, небрежно закурил папиросу, бросив спичку в пепельницу. – Какая неожиданность. Ты куда запропастилась? Тебя по всей Москве с собаками ищут.
– Ничего, пусть поищут, – отрывисто произнесла Николаева. – А что тут делаешь ты?
Валерий слегка замялся, потом сказал:
– Меня домработница впустила.
– Я спрашиваю, не как ты вошел, а что ты тут делаешь.
Брат Валентины на этот раз заметно растерялся, но довольно скоро нашелся с ответом:
– Да тебя решил навестить, – ухмыльнулся он.
– С чего это вдруг? Тебе всегда было наплевать на меня и на мои проблемы, – плаксивым голосом заявила Валентина, садясь в кресло. Внезапно слезы брызнули из ее глаз. – У меня муж пропал, я его по всей Москве ищу, все ноги стерла. Жизнь моя рушится, а тебе все равно. А теперь еще и это…
– Ну что такое опять?
– У нас жуткие неприятности, – прошептала она, сделав страшное лицо. – Оказывается, Анатолий исчез вместе с крупной суммой денег. Ты даже не представляешь, Валера, ты не представляешь, что это такое! Это конец! Мы будем семьей врага народа! – Эту фразу она закончила, уже перейдя на настоящий рев.
Валерий изменился в лице, побледнел, тут же затушил сигарету, подбежал к сестре и повернул ее лицом к себе.
– Как это могло произойти? Как? Ты понимаешь, что он всех нас под монастырь подведет?
Валентина кивала, размазывая тушь по щекам.
– Он должен что-то сделать, ты знаешь, где он? – внимательно вглядываясь в сестру, спросил Валерий.
Валентина неопределенно мотнула головой.
– У него есть только один путь, он должен поступить как честный человек. Тогда, может, хоть нас не заклеймят этим позорным клеймом…
– Как? – в изумлении спросила Валентина.
– Ну, как обычно делают растратчики, – он равнодушно пожал плечами, – если не хочет думать о себе, пусть подумает о детях. Пистолет, пуля в лоб…
– Ну, это если он украл, – вдруг холодно и спокойно заметила женщина.
– Ну конечно, а кто же еще? – изумился Валерий.
– А ты знаешь, – вот эта девушка, – Николаева ткнула пальцем в Олю, – сказала, что деньги украл ты. А так как она нашла Анатолия, то у меня нет оснований ей не верить. У себя в деревне эта малышка все время находила пропавшие вещи.
Валерий некоторое время недоуменно смотрел на Олю, как будто силясь понять, что означают все эти слова и как эта деревенщина может принести ему вред. Потом он сделал то, от чего все пришли в крайнее удивление.
– Она меня просто боится, – завизжал вдруг Валерий, тыча пальцем в девушку и брызгая слюной, – ты ей веришь, да? Она меня оговорила! Я ведь застал ее за преступлением, когда тебя не было, она тут шарила ночью по квартире и искала ценные вещи. Ты посмотри на нее – голытьба! А тут появилась возможность поживиться чужим добром. Но когда она меня заметила, то тут же наврала что-то бредовое в свое оправдание.
– Ну, мне-то она помогла, я ее всю жизнь благодарить буду. И то, что она пришла на кухню, еще не преступление, – спокойно заметила Валентина, – в отличие от твоего, ублюдок. Да как ты только посмел так поступить! Я ведь тебя вытащила из грязи, и Анатолий тебе помог!
