— Ты прав. Нечестно держать тебя в неведении. — Он направился в дом. — Идем, сядем в библиотеке и выпьем чего-нибудь. Тебе не повредит — история уж больно скверная.
— Тревор волнуется за тебя, — сказал Бреннер, встретив Джейн в аэропорту. — Обещает устроить мне Варфоломеевскую ночь, если я о тебе должным образом не позабочусь.
— Так позаботься! Насколько я могу судить, Варфоломеевскую ночь ты и сам кому хочешь можешь устроить. — Она сменила тему: — Ты уже говорил с официантами?
Он кивнул:
— По утрам у них очень оживленно. Насколько я понял, много завсегдатаев вроде Донато, которые каждый день приходят завтракать. Продавец за стойкой — его зовут Альбер Дангле — уверяет, что хорошо запомнил человека, с которым сидел Донато. Это кафе работает по принципу «Старбакса», и мужик сам брал свой заказ у стойки. Я не стал говорить, что произошло. Намекнул лишь, что Донато исчез.
— Он сегодня работает или придется ехать к нему домой?
Бреннер посмотрел на часы.
— Он заступает через час сорок.
— Тогда поехали.
— Слушаюсь, мэм. — Он распахнул перед ней правую дверцу. — Что-нибудь еще?
— Хорошо бы сделать так, чтобы у меня было достаточно времени с ним поработать. Чем полнее описание, тем точнее будет портрет.
— Постараюсь, — улыбнулся он. — Не думаю, что это будет проблемой. Понадобится — встану вместо него за стойку. Правда, не могу обещать, что вместо кофе мокко не сварю кофе латте. Но я буду сама любезность, и все меня простят.
— Главное, чтобы Дангле не разнервничался и смог сосредоточиться.
— Он не произвел впечатления нервозного человека. Во всяком случае, не тогда, когда под кайфом.
— Здорово. Он что, наркоман?
— Травка. Запах ни с чем не спутаешь. И держится расслабленно.
— Надеюсь, это не мешает ему подмечать детали?
— Если он постоянно курит, то ждать от него острой памяти не приходится. Увидим. — Бреннер запустил двигатель. — Зато, если он под кайфом, то позволит тебе мучить себя столько, сколько тебе нужно.
— Обычно он сидел вон за тем столиком. — Дангле кивком показал на стол на террасе у самой кованой ограды с видом на озеро. — Славный старикан. Опрятный, чистенький такой. Не то что парни, которые здесь оши-ваются. Иногда приходится выговаривать, чтобы обувь надели. Такое впечатление, что они нас принимают за…
— А вы раньше видели его с тем, вторым? Официант покачал головой:
— Он всегда один. Нет, не так. Один раз приходил с какой-то женщиной. — Он нахмурил лоб. — Под шестьдесят, седые волосы, полноватая.
Сестра, догадалась Джейн.
— Давно это было? Он развел руками:
— Не скажу. С полгода, наверное.
Словесный портрет он дал хороший. Даже отличный, учитывая, сколько прошло дней. Бреннер был прав, марихуаной от него пахло, но, судя по отменной памяти, он баловался лишь время от времени.
— А в том человеке, который к нему подсел, не было ничего необычного?
Он подумал:
— Высокий, худой. Ноги длинные. Одни сплошные ноги.
— Нет, в лице.
Дангле подумал еще:
— Вообще-то ничего приметного. Большие глаза. По-моему, карие.
— Шрамов никаких? Он покачал головой:
— Цвет лица немного нездоровый, как будто на воздухе мало бывает. — Он помолчал, с сомнением глядя на ее альбом. — Вы правда сможете это сделать?
— Если вы поможете.
— О, конечно, помогу. Здесь тоска зеленая. Первое событие за много месяцев. — Он сморщился. — Господи, что я говорю! Вы не подумайте, я за старика переживаю. Приятный такой, слова худого никому не скажет. Говорите, пропал? С ним что-то страшное случилось?
Да уж, страшнее не бывает, подумала Джейн и вспомнила видеозапись.
— Это будет ясно, когда мы его найдем.
— А вы на полицию работаете?
— Нет, я друг семьи. — Это была правда. — Они крайне обеспокоены. Естественно, я передам портрет в полицию, когда мы добьемся сходства.
— Вы так уверены… Она улыбнулась в ответ:
— Ничего удивительного. Вы производите впечатление умного человека с прекрасной памятью. Если не будем торопиться, все сделаем как надо.
— Вы мне льстите. — Он вдруг улыбнулся. — Но мне это нравится. С чего начнем?
Она взяла в руки карандаш.
— С овала лица. От него будем отталкиваться. Какое у него лицо? Квадратное? Круглое? Треугольное?
— Дело к концу? — К ним подошел Бреннер. — Четыре с лишним часа сидите.
Джейн даже не подняла глаз от рисунка.
— Я хочу добиться максимального сходства. — Она немного подштриховала скулу. — Не так это просто, как кажется, да, Альбер?
— Не приставайте к ней, — проговорил тот. — Мы делаем все, что в наших силах.
«Мы».
Бреннер подавил улыбку. Похоже, девчонка так очаровала Дангле, что у него появилась иллюзия работы в команде. Бреннер был удивлен: до сих пор он отмечал за Джейн только осторожность и решительность. Любопытно было наблюдать, с какой легкостью она разобралась с этим Дангле. Хваткая дамочка!
— Прошу прощения. — Он повернулся. — Просто решил спросить. Пойду лучше к себе за стойку, кофеварку, что ли, помою…
— Погоди. — Джейн несколькими штрихами добавила густоты шевелюре. — Теперь похож, Альбер? — Она повернула рисунок так, чтобы тому было лучше видно. — Это тот человек?
Дангле воззрился на картинку:
— Бог ты мой…
— Это он?
Тот кивнул и горделиво просиял:
