Очень возможно, что они решили спускаться, пока группа еще не потеряла дееспособность. Когда всем стало понятно: если трое пострадавших потеряют дееспособность вследствие замерзания, то группа уже не успеет отступить, и раненые быстро погибнут на открытом ветру склоне горы. Ведь бросить своих товарищей дятловцы не могли. Аксельрод сделал сильный акцент на побуждении дятловцев быстрее укрыть, спасти пострадавших от ветра и метели, которое мы тоже считаем одним из определяющих в данной ситуации. Кроме того, более «привычные» условия похода в лесу, с теплом костра, им могли казаться спасением, - естественным выходом в безопасное место. А лес от палатки находился недалеко, - примерно в километре.
Трудно сказать, было ли группой или руководителем принято «решение» спускаться, или отход группы произошел «самопроизвольно», как результат действий группы или отдельных ее участников. «Решения» спускаться, как такового, здесь могло и не быть, поскольку необходимость отхода диктовалась положением группы. Как такового, могло и не быть четкого «плана действий». Ведь времени и возможности обдумать этот план у них не было. Они могли лишь представить дальнейшую «схему действий» без уточнения ее «деталей». Вот ряд этих «деталей» (одежда, обувь, снаряжение, резервы времени и сил), как оказалось немного позже, имели решающее значение для дальнейших событий.
Наличие двух пар следов, идущих отдельно от остальных на начальном участке спуска, наводит на подозрение о том, что кто-то из дятловцев мог пойти вниз первым, в состоянии аффекта, сильного потрясения. Это мог быть кто-то из раненых, и в первую очередь, Тибо-Бриньоль или Слободин, - ведь они получили черепные травмы. Дятлов или кто-то из товарищей догнал ушедшего на спуск участника, чтобы остановить разобщение группы, которое вело всех к гибели. Такой уход двух участников вниз мог быть воспринят, как сигнал на спуск и мог вызвать начало спуска всей группы без команды. Особенно если в числе двух ушедших оказался руководитель группы. Характер следов на склоне указывает именно на такой сценарий развития ситуации. Две пары следов шли отдельно, но потом сошлись с остальными, - группа объединилась, и дальше все спускались вместе. Тибо-Бриньоля, видимо, вели или несли с поддержкой за руки на плечи, - на это указывают его плечевые травмы и ссадина плеча Дорошенко.
Очевидно, что «ошибка момента» состояла вовсе не в «отходе» группы вниз от палатки, - этот отход был необходим. Ошибка состояла в том, что отход произвели без теплой верхней одежды, теплой обуви и бивачного снаряжения для разведения костра и сооружения временного укрытия. На этом шаге имела место «недостаточность», «необеспеченность» дальнейших действий по борьбе с холодом.
Психологический трагизм момента состоял в том, что опасность холода они, конечно, принимали во внимание. Но она как бы отошла на «задний план», она не казалась в тот момент «смертельно опасной» и «главной». Её не посчитали более опасной и «более главной», чем опасность схода новой лавины, ветра и травм. Такая «логика» поведения прослеживается в ситуациях большинства известных «холодных» аварий, когда внимание группы отвлечено от фактора опасности холода какими-то другими действиями и другими факторами риска. Здесь не было никакого умышленного «пренебрежения» опасностью холода. Здесь, по всем признакам, просто имел место неверный шаг группы, сделанный под давлением стихии.
Дилетантам и людям, которые плохо разобрались с этой ситуацией, отступление дятловцев кажется настолько «непродуманным» и «необоснованным», что для него непременно ищется какая-то дополнительная причина, какая-то «опасность», от которой надо было срочно «бежать» вниз. «Опасности» здесь были налицо, - в виде возможности схода нового обвала на палатку, в виде холода и ветра на открытом склоне горы, и в виде тяжелых травм, последствия которых были непонятны. Могли быть и еще какие-то «составляющие» событий, которые нам сейчас не видны.
Дятловцам удалось достать несколько теплых вещей, - одеяло, пару курток и меховую безрукавку, которые надели на пострадавших, - Тибо, Золотарева, Дубинину. Конечно, следовало достать и всем надеть теплые веши, - куртки и телогрейки. Но остальные тепло одеваться не стали, не смогли или не успели.
Большая часть группы какое-то время простояла на ветру, приводя в чувство раненых. Людмила и Саша, видимо, постепенно пришли в себя и ощутили, что могут идти вниз с поддержкой товарищей. Ситуация требовала для спасения действовать быстро и решительно. Но как?
Всем было понятно, что место опасное, что палатку восстановить нельзя, что группа должна быстро отступить, пока раненые не замерзли и не потеряли дееспособность. Ведь согреваться активным движением они не могли.
Ясно, что доминанта действий: «Вниз! Вниз, в безопасное место!..», - в той или иной мере овладела всеми и явилась определяющей. Факторы давления стихии и стремление быстрее уйти от них возобладали, - они погнали группу на спуск.
