— Есть идеи, где бомба взорвалась, босс? — донесся из дальнего конца кратера голос худого человека с усталым выражением лица.
Мужчина с сигарой задумался.
— Думаю, бомба была в мешке, подложенном прямо здесь, у стены, — наконец произнёс он, указывая на самый обуглившийся участок кирпичной кладки.
— Возможно, это был мешок с мусором, — добавил его помощник. — Гляньте на обломки.
Парень был прав: по всему кратеру и за его пределами был разбросан мусор — съестные объедки, окурки сигарет и обрывки газет.
— Неужели они действительно надеялись взорвать «Гробницу»? — Худощавый мужчина удивленно покачал головой.
— Возможно, этим взрывом они хотели что-то сказать. — Грузный мужчина бросил окурок сигары и вдавил его каблуком в грязь.
— Из какого вы участка? — крикнул я им.
— Ни из какого, — ответил главный. — Меня зовут Берт. — Он подошел ко мне и протянул руку. — А это Сэм. — Он кивнул на худого, долговязого мужчину, стоявшему рядом с ним. — Мы работаем на генерала на Малберри-стрит.
Я представился и жестом приказал охранникам, помогавшим мне, пройти к тому месту в стене, где анархисты пытались сбежать. Я надеялся, что смогу последовать за ними с дополнительным подкреплением.
— Каким образом вы добрались сюда так быстро? — озадаченно поинтересовался я.
— Мы — специалисты по бомбам, — ухмыльнулся Берт. — К счастью, мы давали показания в суде, когда взорвалась бомба. Заседание было прервано — и нам осталось лишь перейти улицу.
Я слышал, что генерал Бингем создал группу реагирования, которая должна была разобраться с уликами после серии взрывов от приспешников «Черной руки». Невероятно, но динамит был настолько крупной проблемой в нашем городе, что нам понадобилось специальное подразделение, чтобы с ним справляться.
Берт вытащил из кармана пригоршню розовых листовок, некоторые из которых были наполовину сожжены.
— Мы нашли их летавшими вокруг. Проклятые анархисты. — Он поднял одну из них, чтобы мы могли прочесть.
— Нет ничего более «ведомственного», чем тюрьма, — пробормотал худощавый.
Нас прервал грохот падающих камней.
— Нужно спешить. Похоже, анархисты скоро добьются своего, — сказал я и добавил: — Бомба пробила отверстие в стене их камеры, и они пытаются сбежать.
Берт на мгновение растерялся, но затем выхватил из кобуры свой Браунинг.
— Не сбегут. Мы поможем. У вас есть оружие?
У прибежавших со мной охранников были пистолеты, но у меня — нет.
— Вот, возьмите мой кольт. — Сэм, помощник Берта, нервно протянул мне револьвер. — Вам он пригодится больше, чем мне.
Я взял оружие и повел группу к пролому в стене, где нас уже ждали стражники.
Мои мысли обратились к Джонатану, который изо всех сил пытался cбежать, и я, конечно, надеялся, что оружие вообще не понадобится. Сделав шаг вперед, я просунул ствол пистолета в отверстие и крикнул самым властным голосом:
— Отойдите от стены! Сейчас же!
В ответ из тюрьмы посыпался шквал камней.
Я кивнул Берту, и тот выстрелил в воздух. От звука его выстрела грохот камней стих.
— Если кто-нибудь попытается снова, мы откроем огонь. А теперь отойдите от стены, — приказал я и жестом велел другим мужчинам производить побольше шума, пока мы устанавливаем позицию. Этого было достаточно, чтобы убедить людей внутри к сотрудничеству.
Мы удерживали позицию, не давая заключенным анархистам воспользоваться путем побега. И когда прибыло подкрепление с Малберри-стрит, мы всё ещё стояли и ждали нападения в любую минуту.
— Мы займемся этим, коллеги, — сказал мрачный мужчина в черном котелке. — Вы все должны немедленно явиться к своим начальникам для получения дополнительных инструкций.
— Зачем? — с подозрением спросил я. — Здесь чрезвычайная ситуация. Сомневаюсь, что наши силы окажутся лишними.
Мужчина покачал головой.
— Всё ещё серьёзнее, — смерил он меня взглядом. — Всё дело в Дрейсоне. Во время беспорядка он убил двух охранников и сбежал.
— И все эти разрушения и кровопролития — чтобы один ублюдок смог получить свободу?! В этом мире нет ни капли справедливости, — прорычал Малвани.
Мы сидели в гостиной в доме Малвани, распивая бутылку ирландского виски «Бушмиллс».
Если я потягивал виски в надежде успокоить нервы, то Малвани использовал алкоголь, чтобы притупить боль в сломанной ноге; и, судя по полупустому стакану, ему это вполне удавалось.
Я уверил Бриджет, что пригляжу за её мужем, и она ушла в магазин закупать товары, которые могут пригодиться, пока Малвани будет сидеть дома.
— Кто из докторов осматривал твою ногу? — я бросил быстрый взгляд на лежавшую на возвышении из подушек конечность Малвани.
— Ты думаешь, я позволю кому-то, кроме Дженнингса, прикасаться ко мне после того, что случилось с твоей рукой? Я не хочу расставаться со своей ногой, — хмыкнул он.
— Это обычный перелом… заживет, как новенькая.
