– Уверен? – Неожиданно в руке Лазарро появляется пистолет, и он наставляет его на Итана.
– Ты издеваешься, Лазарь? С неё уже хватит смертей за последние дни. Пожалей её психику, – отвечая, Итан бросает на меня взгляд.
– И ты тоже всё обосрал. Вы оба умеете обосрать мне запал, – бурчит Лазарро, пряча под подушку оружие.
Итан закатывает глаза и ставит на постель поднос. Он на ножках и очень большой. Здесь изобилие еды.
– Сигареты? – Итан протягивает пачку.
– Не хочу. Есть хочу. Белоснежка, ешь, а ты говори.
– Босс, я ей снова аппетит испорчу, – кривится Итан.
– Не испортишь. Она будет есть, иначе я ей всё это затолкаю в рот вместе с тарелками и этим столом. Будет знать. Ты ешь. – Лазарро требовательно смотрит на меня.
– Уже зубы ломаю, – хмыкаю я.
– Так бы и трахнул тебя сейчас…
– Только не сейчас. Я очень прошу. Пожалей теперь мою психику, Босс, – издаёт стон Итан.
– Мне на тебя насрать. У неё ребро болит, и она трахает себя мыслями о вчерашнем мудаке, который пытался её изнасиловать. Блять, мою Белоснежку, ублюдок, – зло шипит Лазарро.
– Так мне начинать?
Лазарро поворачивает ко мне голову. Вынужденно киваю. Уж лучше знать обо всём, чем быть в неведении.
– Хорошо. Итак, Амато готовил это дело довольно долго, но лишь вчера днём выкрал из ячейки колье, чтобы никто не успел тебе доложить, Босс. В данный момент он в Италии…
– Чёрт, так и знал, какой я умный сукин сын. Он именно эту страну выбрал, чтобы затеряться. А новенькое что-нибудь есть? – цокает Лазарро.
– Какой смысл в моей работе, если ты всегда обсираешь мои находки? – обиженно произносит Итан.
– Давай, что ещё у нас на сегодня. Не ной.
– Девушка.
– Как она? Вы же не убьёте её, да? Она защищала меня. Клянусь, Лазарро, она закрыла меня собой и оттолкнула в сторону от пуль, а потом стреляла, чтобы дать мне время скрыться. Она не плохая, – взволнованно вставляю.
– Я не убиваю тех, кто помог мне, пока они не предадут меня, или же я буду ими недоволен. Так что, Белоснежка, девушка будет жить, и я у неё в долгу. Но я могу точно сказать, что ты выжила не благодаря ей, а своей смекалке. Но если так хочешь, то пусть она для тебя будет героиней. Тебе всегда нужно во что-то верить, – равнодушно пожимает плечами Лазарро и делает глоток кофе.
– С ней всё нормально. Сейчас мы прячем девушку в одном из наших тайных мест, чтобы понять, на что она может сгодиться. Тем более она была немного ранена, ничего серьёзного. И она жутко противная, но за ней присматривают, а мы ждём дальнейших указаний.
– А как её зовут? Я даже не узнала её имени, – шепчу.
– Лара. Её имя Лара.
– Прошу, передай Ларе мою огромную благодарность. Я ей жизнью обязана.
Итан кивает мне, а потом смотрит на Лазарро.
– Она от Ренато…
– Час от часу не легче, но мне нравится. Этот ублюдок решил утилизировать довольно сносный ресурс, а я не прочь им воспользоваться. Пусть пока она живёт, и её натаскивают, проверяют знания, и пусть она рассказывает всё, что слышала в семье Ренато.
– Да, Босс. Это пока все новости на сегодня. Самолёт уже готов к отправлению. Ожидаем только твоего приказа, Босс.
– Примерно через сорок минут выезжаем.
– Хорошо. Я передам охране. Они будут готовы…
– Подождите, куда выезжаем? Ты же не собираешься снова лететь в Италию, да? Ты же не будешь ловить Амато там, где тебя не любят? – шокировано перебиваю Итана.
– Именно это я и собираюсь сделать, Белоснежка. По последним данным меня, вообще, не любят, но это меня мало волнует. Я должен поймать Амато, где бы он ни был. Он предал меня, и это личное дело. Если я его не убью, то это наложит неприятный отпечаток на мой авторитет, – спокойно объясняет Лазарро.
– Но зачем его убивать? Он когда-нибудь вернётся сюда. Здесь его дочь. Можно манипулировать ей.
– Гуппи, – до меня доносится смешок Итана.
Неожиданно Лазарро хватает тарелку и с силой швыряет её в Итана. Охаю, как и сам Итан не успевает отреагировать. Тарелка попадает ему в живот, и он скулит, смотря на кашу, стекающую по его джинсам.
– Я, мать твою, предупреждал тебя насчёт этого? – орёт Лазарро.
– Прости, Лавиния, – мямлит Итан.
– Я тебя, мудак, выебу сейчас этим столом, понял? Ещё хотя бы раз…
– Так, хватит. Успокойся, Лазарро, и прекрати портить мою комнату. Я не собираюсь снова спать на том жутком матрасе, ясно? Иисусе, можно ведь по-человечески сказать! – возмущаюсь я.
– Я тебя защищал, – парирует он.
– Спасибо, но в следующий раз не порть ковёр, который находится в моей комнате. На своём матрасе его лупи, но только не в моей спальне.
– Ты неугомонная психопатка, – фыркает Лазарро.
– Это ты психопат. Взял и тарелку разбил, да ещё придётся оттирать ковёр от ягод, а они, знаешь ли, не отмываются. Вонять теперь будет. Хватит. Портить. Мою. Спальню. Это моё последнее слово, – выставляю палец вперёд, зло выговаривая ему.
Лазарро переводит взгляд на мою руку, потом на лицо и расплывается в улыбке.
– Обожаю, когда ты такая истеричка. Это меня чертовски возбуждает.
Цокая, закатываю глаза и качаю головой.
– А теперь нормально скажите мне, зачем тебе рисковать собой, чтобы поймать Амато в проклятой Италии?
