— Ключ был в чемодане Рекса, — понурив голову, сообщил журналист. — Теперь я припоминаю, что он сказал мне это перед отъездом…
Карвера заявление Тэба не удивило.
— Я уже догадался об этом, — ответил он. — Вероятно, нам обоим пришла в голову эта мысль, когда мы увидели ключ на середине стола. Теперь мне ясно, зачем он приходил к вам: в первый раз ему помешал ваш сосед. Сегодня же ночью он добился своего…
Некоторое время сыщик стоял молча, как бы что-то обдумывая.
— Опять эта загадка… — продолжал он. — Каким образом ключ очутился на середине стола? И эта булавка… Снова булавка… Странно…
Он прошелся взад и вперед по комнате.
— И опять не найдено никакого оружия, — продолжал сыщик как бы про себя. — Теперь уже это не может быть делом рук Вальтерса. Это второе убийство снимает с него и тень подозрения. Мы можем обвинить его в краже, по его собственному признанию, но не более… Тэб, я снова спущусь в подвальную комнату. Мне нужно еще кое-что осмотреть… Вы же останьтесь здесь…
Карвер пропадал полчаса. Тэб уже начал беспокоиться и был рад, когда снова увидел худощавую фигуру своего друга.
Сыщик безмолвно прошел в переднюю, где дежурил полицейский, и строго приказал ему:
— Не впускайте никого в этот дом!
Затем он поехал с Тэбом на квартиру журналиста и тщательно осмотрел все комнаты. Больше всего его заинтересовали разорванные фотографии. Он поднес их к свету и стал внимательно разглядывать.
— Ни малейшего отпечатка пальцев… — пробормотал Карвер. — Несомненно, он опять был в перчатках. Я недоумеваю… — начал он и поднес обрывки снимков ближе к свету. — Да… Я так и думал! — воскликнул сыщик и подозвал своего приятеля.
Лицо Тэба на фотографии было перечеркнуто черным крестом.
— На вашем месте, Тэб, я бы крепко-накрепко запер дверь сегодня ночью, — сказал Карвер. — Я не хочу вас напрасно пугать, но… джентльмен в черном ни перед чем не остановится… У вас есть револьвер?
Тэб покачал головой. Сыщик вынул из кармана свой револьвер и положил его на стол.
— Возьмите пока мой, — промолвил он. — И не раздумывая стреляйте, как только увидите кого-нибудь у себя в квартире сегодня ночью…
Тэб сидел в редакции, погруженный в работу. Наконец он поставил точку, с наслаждением откинулся на спинку стула и закурил.
Мысли его всецело были заняты ночным происшествием. Тэб не придавал серьезного значения предостережению друга: он был совершенно убежден, что джентльмен в черном приходил лишь за ключом.
Если кому-нибудь могла грозить опасность, то скорее Рексу. Может быть, у Трэнсмира были еще родственники? Они могли быть недовольны тем, что состояние старика перешло к Бэби?..
— Какой вы счастливец, Тэб! — вдруг воскликнул журналист, сидевший рядом. — Вы замешаны в таинственные дела… А у меня ничего за пять лет, кроме всякой пустяковой дребедени. Но что это за рисунок? — прибавил он, взглянув на стол Тэба.
— План подвальной комнаты, — ответил Тэб.
— Убитый лежал там же, где и в прошлый раз, в том же положении? — с любопытством спросил журналист.
— Да… Приблизительно, — ответил Тэб.
— И в комнате нет окна? — продолжал расспрашивать журналист.
Тэб покачал головой.
— Да если бы убийца был карликом, он не мог войти иначе, как через дверь, — тотчас же ответил он.
Во время этого разговора вошел издатель. Он редко появлялся в комнате журналистов и вообще редко бывал в редакции в этот поздний час. Это был полный седой человек, очень обходительный в обращении.
— Пойдемте со мной в кабинет, Холланд, — пригласил он молодого журналиста.
Тэб нехотя повиновался.
— Вы разузнали, где скрывался Броун? — спросил толстяк в кабинете.
— Я предполагаю, что он провел все это время в тайной курильне опиума, — ответил журналист. — И Линг…
— Хозяин «Золотой крыши»? — быстро перебил его издатель.
— Он самый, — подтвердил Тэб. — Он намекнул на то, что Броун был у него. Броун ведь известный курильщик…
— Неужели никто так и не разглядел его спутника? — продолжал издатель.
— Никто его не видел, кроме Скотта, — ответил молодой человек. — Но Скотт был так напуган, что не мог описать нам его наружности. И несомненно, никто не видел, как он уходил из Майфилда… Когда мы приехали, его уже не было.
Издатель некоторое время молча смотрел на Тэба.
— А как вы объясняете то обстоятельство, что на столе снова был найден ключ?
Тэб беспомощно развел руками.
— А я знаю, что это означает, — медленно и с расстановкой произнес толстяк. — Это очень ловкий ход со стороны убийцы. Он, видимо, его долго обдумывал…
Молодой журналист окинул издателя удивленным взглядом.
— Разве вы не понимаете? — продолжал тот. — Ведь если бы даже убийца Трэнсмира (он же, вероятно, и убийца Броуна) был схвачен, пришлось бы, прежде чем судить его, доказать, что он мог войти в подвальную комнату, выйти из нее, запереть дверь и положить ключ на стол… А как это доказать?
— А Карвер говорит… — начал Тэб.
