Анихимов машинально взглянул на часы – оставалось около получаса до конца трудового дня, – сложил на всякий случай в ящик письменного стола бумаги, чтобы не возвращаться в кабинет, и направился к «самому», пытаясь предугадать тему разговора или возможного срочного задания или – все может быть! – и обычного нагоняя. «Лошадь на четырех ногах и то спотыкается», – подумал он тогда. До этого времени их пути не перекрещивались в управлении, хотя Ермолов и ходил в замах. У Анихимова был свой прямой начальник и свой персональный вышестоящий зам. С Ермоловым поддерживал обычные дружеские отношения, бывая в компании, иногда вспоминали о прошлом: «А ты помнишь?» И вот теперь друг молодости стал «при власти». А власть штука опасная, она порой так меняет человека, что и родная мать не узнает. Повидал на своем веку всяких начальников, и больших и малых.
Ермолов, как потом не раз отмечал и убеждался Анихимов, почти не изменился, остался таким же, самим собой, хотя приобрел достойную солидность и завидную уверенность, словно с рождения ходил в руководителях.
– Не надоело копаться в чужих отчетах? – пожимая руку, спросил он и тем самым сразу же поставил Вадима Николаевича в затруднительное положение.
– С какой стороны на это посмотреть, – неопределенно ответил Анихимов, силясь догадаться, в какую сторону клонит начальник. Если хочет предложить крупную партию или экспедицию, он все равно не согласится, никуда и ни за какие шиши из Хабаровска не уедет.
– Неужели навсегда распрощался с надеждой? – Виктор Андреевич сделал упор на последнем слове «надежда», не думая, но попадая в самое уязвимое место.
– С полем я завязал, – как можно спокойнее ответил Вадим Николаевич.
– Поиск можно вести и здесь, а не только в маршрутах.
– Не понимаю, вернее, не представляю себе такого поиска, – насторожился Анихимов, где-то в глубине души предчувствуя что-то манящее и захватывающе-интересное, припоминая, что в молодости Виктор Андреевич был горазд на всякие мудреные выдумки, приспособления и находил удивительно простые смекалистые решения в отчаянно-сложных и запутанных положениях. Что-то задумал и сейчас. Неспроста затеял разговор в конце дня, чтобы никто не помешал.
И Вадим Николаевич не ошибся. Ермолов сразу, как говорят, взяв быка за рога, предложил перспективное дело, заметив, что именно только ему, Вадиму Анихимову, с его энциклопедическими знаниями, – он так и сказал «с энциклопедическими знаниями», – и по плечу возглавить группу специалистов на такой сложный, трудный, нудно-кропотливый, но очень нужный геологоразведочный поиск.
«Голова! Виктор Андреевич – это голова! – уважительно подумал Анихимов. – О такой работенке только мечтать может геолог! Если он, конечно, душой и сердцем поисковик. И сложности и размаху». И вслух спросил:
– Группа подобрана?
– Нет.
– А кандидаты в нее есть? – с другого конца зашел Вадим Николаевич, давно усвоивший тонкие отношения между людьми управления.
– На примете много, – признался Виктор Андреевич. – Но кого взять, это право руководителя. Сам знаешь, как у нас, когда отправляются в маршрут. Помощников подбирают по специальностям и личным интересам.
– Если я правильно понял, у руководителя группы все карты в руках и полное доверие? – он сделал ударение на «карты» и «доверие», как бы спрашивая о самостоятельности деятельности группы.
– Доверие полное и всестороннее, – понимающе ответил Ермолов. – Получаешь не только в переносном, но и в прямом смысле в свои руки карты, отчеты, полностью весь архив, и не только наш. – Виктор Андреевич сделал паузу, очень серьезно произнес: – А от тебя ждем лишь одну карту – рабочую карту прогнозов. Предполагаемых возможных металлорудных зон. Конечно, я имею в виду цветные металлы, ты меня понимаешь. Такая карта нам во как сейчас нужна! – Ермолов выразительно провел ладонью поперек своего горла, по выступающему кадыку. – С ней мы спланируем работу на десятилетия!
– Еще один вопрос! – Анихимов не спешил давать согласие.
– Давай!
– Тогда в лоб: почему именно меня на это берешь?
– А сам не догадываешься?
– Нет, – пожал плечами Вадим Николаевич. – По старой дружбе, что ли?
– В геологии, как сам знаешь, дружба дружбой, а служба службой.
– Тогда объясни, если не секрет.
– Ведь секрет в тебе самом. В твоей работоспособности. Сам будешь вкалывать и другим не дашь покоя. Ты, только ты, сможешь потянуть такой воз, и на приличной скорости, – Виктор Андреевич достал пачку «Казбека», раскрыл, протянул. – Закуривай!
– У меня свои, «Беломор». Привык.
– Другому поручи такое дело – охотников много! Так они в него зароются с головой и будут копаться пятилетку, а то и побольше. А нам ждать некогда. Время подпирает, – и спросил напрямую: – Сколько тебе надо времени?
– Даже не предполагаю. Дело новое, – откровенно признался поощренный Анихимов. – Надо подумать, прикинуть объемы.
