— Этот человек, — сказал он, — пользуется весьма скверной репутацией. Он встречает всех прибывающих из Англии и выбирает из них неоперившихся, желторотых птенцов, располагающих средствами. Всячески обхаживает их, показывает им окрестности Сиднея, и вскоре у этих птенчиков не остается ни гроша. Я очень сожалею, что вы оказались в его лапах.
— Ничего подобного, я хочу его проучить. Хотите посмотреть, как я это сделаю? Пойдемте со мной.
Мы вышли и двинулись по улице. Вскоре я услышал за спиной стук колес экипажа и сладкий голос моего новоиспеченного друга, звавший меня. Но я не реагировал. Наконец он догнал нас.
— А я уже испугался, что потерял вас, — проговорил он.
— В чем дело? — сухо спросил я.
— Но ведь вы пригласили меня к себе в «Квебек»!
— Я и не думал вас приглашать, я лишь сказал, что живу в «Квебеке», а если вы наняли экипаж, то извольте платить кучеру сами.
— Это свинство, сэр. Я отказываюсь платить кучеру: экипаж нанят для вас.
Тогда я повернулся к нему и медленно проговорил:
— Мистер Додсон, пусть это будет для вас уроком. Сначала нужно как следует обдумать дело, а потом приступать к нему. Вы ошиблись в своих расчетах. Как видите, я вас знаю.
Додсон выкрикнул несколько проклятий, вскочил в экипаж и укатил, а мой адвокат восторженно посмотрел на меня.
— Как вам удалось укротить его?
— Очень просто, — ответил я. — Я уже встречал его в своей стране, где он тоже пробовал заниматься этим ремеслом, но после многих неудач счел за лучшее перенести свои действия на более благоприятную почву.
Таково было мое первое приключение, а вот второе. Я гулял по парку с сигарой во рту, не зная, как убить время: до отъезда оставалось целых три дня. Вдруг кое-что привлекло мое внимание: по соседней дорожке, ведущей к выходу, шла молодая, хорошо одетая девушка. Но, к несчастью для нее, на пересечении дорожек стояла группка из трех типичных сиднейских хулиганов. Они тихо переговаривались и косились на приближавшуюся девушку; было ясно, что они говорили о ней и составляли какой-то коварный план. И действительно, когда девушка была уже в пяти шагах от этой троицы, двое отошли на приличное расстояние, оставив на ее пути одного, самого рослого товарища. Но девушка ускорила шаг и прошла мимо, не обратив на него внимания. Тогда он побрел за ней, а первые двое пошли ей навстречу. Таким образом, бедняжка оказалась окружена. Она растерянно и беспомощно оглянулась и, увидев, что спасения ждать неоткуда, остановилась, вынула кошелек и отдала его хулигану.
Все это зашло слишком далеко. Я ускорил шаг, перебежал на загороженную дорожку и появился перед изумленными моим появлением хулиганами, занятыми изучением содержимого кошелька.
— Эй вы! — крикнул я. — Как вы посмели остановить эту даму? Сейчас же верните кошелек и отпустите ее!
Незнакомец, к которому я протянул руку, желая забрать кошелек, смерил меня взглядом с головы до ног, словно оценивая мои силы на случай драки. Но, очевидно, я произвел на него внушительное впечатление, и он мгновенно перешел на слезливый тон, уверяя, что девушка отдала ему кошелек, желая помочь в нужде, что он не останавливал ее, а лишь попросил милостыни.
— Отдай кошелек, — сказал я требовательно, делая шаг ему навстречу и вырывая кошелек из его рук.
Тогда один из его товарищей крикнул:
— Чего ты стоишь, дурень? Скрути шею этому цыпленку!
И они втроем начали надвигаться на меня. Но я был настороже. Недаром с пятнадцати лет мне приходилось сталкиваться с отчаянными субъектами. Первый же приблизившийся ко мне получил удар в живот, а второй — такую затрещину в нижнюю челюсть, которая сделала бы честь любому боксеру. Увидев это, третий кинулся бежать со всех ног, а за ним и побитые мною бродяги — один держась за живот, а другой выплевывая на ходу зубы. Кошелек валялся у моих ног. Подняв его, я направился к девушке, невольной виновнице всей этой истории. Она стояла в стороне, дрожа от пережитого. Я вежливо протянул ей кошелек.
Я как сейчас вижу ее перед собой. Она смотрела на меня своими огромными, глубокими и синими, как море, глазами. На вид ей было лет двадцать; высокого роста, изящная, прекрасно сложенная, с дивным овалом и чертами лица, красивыми каштановыми волосами — она была прекрасна.
Юная незнакомка была одета в темно-коричневый костюм, к которому чрезвычайно подходило белое горностаевое боа, накинутое на плечи, поскольку было несколько прохладно.
— О, как я вам благодарна, — проговорила она, — если бы вы не появились, я не знаю, что бы они со мной сделали…
— Я очень рад, что именно мне удалось оказать вам помощь, — ответил я. — Вот ваш кошелек, в целости и сохранности. Но позвольте дать вам маленький совет: судя по тому, что я сейчас здесь видел, это место вовсе не годится для вечерних прогулок молодой девушки. Я бы на вашем месте постарался не подвергать себя больше такому риску.
