Вернувшись в Эмбрунс, я едва держусь на ногах. Надо бы выспаться, чтобы прогнать мрачные мысли. В попытке поднять настроение я наливаю себе выпить и ставлю пластинку Шопена, отчего становится только хуже. Александр набирает текст нашей утренней беседы на ноутбуке, который, кажется, ровесник его «Пежо».
– Вы надолго в этих местах?
– Дело в том, что… Я снял номер только на одну ночь. Мои вещи уже в машине.
Я расхаживаю перед ним взад-вперед и начинаю волноваться.
– Вряд ли я смогу ответить на все ваши вопросы, если у нас осталось так мало времени. Да и до Парижа без остановок не доехать – это же не меньше пяти часов за рулем… Нет, абсурд! Позвоните в отель, у них наверняка найдется комната. Не может быть, чтобы все было занято.
По его лицу пробегает тень.
– В чем дело, Александр?
– Я не смогу остаться еще на одну ночь. Бензин, гостиница, еще и скоро сдавать машину на техосмотр… Я и так потратил больше обычного. На вкладке банковского приложения видно, что денег на счету практически не осталось.
– Ничего страшного! Я оплачу счет. А если вы в затруднительном положении, помогу с машиной. Не стоит делать из мухи слона.
Он энергично трясет головой.
– Не может быть и речи, месье! Я не приму от вас ни цента. Я пришел не для того, чтобы воспользоваться вашей добротой.
Я в ярости. Я просто обязан оставить его у себя. Его присутствие меня развлекает, и остаться одному через несколько часов почему-то страшно. Но как раз в тот момент, когда я собираюсь его отчитать, в голову мне приходит замечательная мысль:
– Вам не нужны мои деньги – что ж, прекрасно. Вещи у вас с собой, так почему бы не переночевать здесь?
– Здесь? Вы имеете в виду, в вашем доме?
– Это огромный особняк. Здесь пять спален и три ванные комнаты. Не волнуйтесь, я не буду вам мешать. У вас будет достаточно места.
Я затаил дыхание, ожидая его вердикта.
– Если вы уверены, что я вам не помешаю, то буду очень рад…
Я снова бодр и весел.
– Фантастика! Все решено. Мой отец всегда говорил: «Проблем нет, есть только решения». Александр?
– Да?
– Как насчет отпраздновать это бокальчиком?
Александр живет в Эмбрунсе уже четыре дня. Как летит время… Наше сотрудничество приобрело неожиданное измерение. Не помню, как это произошло, но вдруг стало очевидно, что он не может уехать на другой же день. Мы ведь даже не затронули всех моментов, которые его интересовали, а очаровательные окрестности Пуэнта вдохновляют его в работе. Не говоря уже о том, что меня гость ничуть не стесняет: я, закоренелый мизантроп и вечный зануда-одиночка, все больше наслаждаюсь его обществом. Александру удалось вытащить меня из пучины одиночества.
И разве можно не заметить, что благодаря Александру Фабьен будто снова со мной? Все в этом молодом человеке напоминает мне бывшего студента. В нашей зарождающейся дружбе я чувствую отголоски отношений, которые преждевременно прервались у нас с Лертилуа.
Мы быстро построили удобный распорядок дня. Если погода хорошая, мы встречаемся в саду за столом около десяти часов, чтобы поболтать. Александр предпочитает писать в блокноте, а не записывать мои ответы на телефон, которым он редко пользуется, в отличие от большинства молодых людей его поколения.
Вторая половина дня посвящена прогулкам, а затем наступает время сиесты, поскольку я не могу проводить весь день на ногах. Александр сидит в гостиной и целыми часами пишет и правит свою научную работу. Он регулярно зачитывает фрагменты, но мне все труднее сосредоточиться. В голове ничего не задерживается. Меня хватает лишь на несколько бессмысленных замечаний, в основном ободряющих.
Больше всего я люблю наши совместные трапезы. Когда консервы нам надоели, Александр съездил в город, чтобы купить свежие продукты. Он оказался талантливым поваром. Блюда, которые он готовит для нас, даже пробуждают мой аппетит.
Скажу прямо: гость знает о моем пристрастии к бутылке. Хотя поначалу мне более-менее удавалось сохранять видимость трезвости, на второе утро он проснулся на рассвете и застал меня на кухне с бутылкой рома. Трудно импровизировать, когда ловят с поличным.
– Я знаю, что пью слишком много, – признался я, побледнев.
– Я здесь не для того, чтобы судить вас, месье. У каждого свои недостатки. Я просто беспокоюсь о вашем здоровье.
– О, мое здоровье… о нем беспокоиться не стоит! Я пью уже очень давно, вы же знаете. Это не секрет… Мне кажется, что с каждым глотком алкоголя я пытаюсь медленно себя убить.
– Ну что вы! Нельзя так говорить. Вам всего пятьдесят восемь. Представьте, сколько замечательных лет вам осталось прожить, сколько книг вы еще можете написать…
– Вы очень добры и слишком снисходительны ко мне. Но нет, я уже стар и измучен.
– Вам нужно меньше пить и заниматься спортом, чтобы вернуться в форму. Время от времени можно и плавать, почему бы нет? Вода вполне сносная, уверяю вас.
Я перестал его слушать.
– Мы никогда не думаем о том, что однажды состаримся. Кажется, что это происходит с другими, но годы идут, и однажды утром становится ясно, что жизнь позади…
– Мне грустно видеть вас в таком состоянии.
