Ведьма посмотрела на Еву с каким-то новым интересом. Даже блеск в глазах появился. Все же ее сила и опыт брали верх над эмоциями. Анита наконец плавно опустилась в кресло и жестом пригласила мага сесть напротив.
– Каждый ребенок проходит адаптацию после первой инициации, – напомнила она. – Вам должно быть это известно.
– Конечно, я об этом знаю. – Ева пожала плечами, стараясь скрыть свое незнание и беспокойство, этим вызванное.
– Вы помните свою инициацию? – обманчиво мягко поинтересовалась ведьма.
– Не очень, – чуть помолчав, все же призналась маг. – Я помню обряд, торжество и… все. А вот потом… Да ничего особенного и не было. Не до того было. Время такое… Страх, голод… Маму забрали…
– Простите, – Анита чуть сочувственно улыбнулась. – Я как-то не подумала о том, что вы пережили, хотя и знала об этом. Но… вспомните. Вам тогда должно было быть лет двенадцать. Вы же знаете, что именно тогда происходит Испытание!
– Я сильно болела тогда, – подумав, сказала Ева. – Долго была в полубредовом состоянии. Помню дичайшую боль в голове… Хотя это, похоже, было единственное заболевание за всю мою жизнь. И… простите, но тогда опять же было не до болезней или испытаний. Я пряталась… А потом, как раз, пока я была еще слаба от болезни, меня поймали и забрали в лагерь.
– Тогда понятно, – все тем же мягким и чуть сочувственным тоном заметила ведьма. – Некому было вам даже сказать… что это не болезнь. Это адаптация. То самое Испытание. Через это проходят все, в любой касте. Чем раньше пройдет Испытание, тем лучше, – тут она тяжко вздохнула. – И самое плохое для моего сына, чем старше ребенок на момент первого посвящения, тем тяжелее его муки овладения даром. А когда инициация насильственна…
– Я поняла, – быстро остановила ее Ева. Она не хотела, чтобы Анита опять погрузилась в свои переживания. – Значит, у любой касты есть свои обряды посвящения и все проходят адаптацию. Или Испытание. Но… я не помню таких уж сильных мук… кроме головной боли, конечно…
– Магам это дается легче всех, – продолжила почти благожелательно Анита. – К тому же есть специальные заклинания, снимающие боль. Так и у нас есть свои зелья, облегчающие страдания… Хуже всего, – голос ее зазвучал глуше, – приходится оборотням и вампирам. По их древним законам никто не вправе помогать новообращенному. Это дело чести. Они вообще слишком много думают о чести.
Ева чуть кивнула. На самом деле она представляла, каково мальчишке сейчас. По своим теперь уже понятным ощущениям, пережитым в детстве, она помнила, что с каждым днем становится только труднее. А если еще и учесть, что Никола сразу получил силу Высшего…
– Сколько это длится? – отрывисто спросила девушка.
Анита чуть подняла брови, она не поняла вопроса.
– Сколько длится период адаптации? – уточнила маг.
– Десять суток, – судя по тону, она тоже много об этом думала.
– У нас еще три дня, – быстро прикинула Ева. – Шансы найти Никола велики. А дальше все в руках целителей.
– Да. – Анита встала с кресла. – Я уверена, что вы справитесь… – Она чуть помолчала, а потом, собравшись с силами, продолжила: – Мой аванс был платой за то, что я услышала сегодня через зеркало. Вторая часть обещанной суммы сегодня же упадет на ваш счет. И еще…
Она обвела комнату широким жестом. В ящиках и витринах здесь лежали артефакты. Ева, даже не глядя, чувствовала их силу.
– Оцените, – в мелодичном голосе ведьмы звучал приказ и вызов одновременно.
– Хорошо. – Маг понимала, что Аните надо отвлечься, хоть немного прийти в себя. – Вот там справа от двери лежат вещи, так или иначе используемые в вашем ремесле. Они имеют хорошую цену для ведомского сообщества. Но только для него.
Анита выглядела довольной.
– Далее, вдоль другой стены у вас лежат тоже весьма неплохие образцы. – Маг чуть повернула голову в том направлении. – Несколько христианских святынь начала десятого века, друидские артефакты, довольно редкие. Это могло бы заинтересовать нескольких серьезных магов. Но опять же, это не запредельная редкость. Вы, я вижу, практичная женщина. – Они чуть насмешливо раскланялись. – А самое интересное и ценное скрыто вот за той панелью. – Ева указала на правую стену. – Всего три артефакта. Один из них датируется четвертым веком нашей эры, относится к ранним христианским ценностям. Скорее всего эта вещь принадлежала одному из апостолов. Еще две – мой любимый скифо-сарматский эпос. И вот они имеют по-настоящему высокую цену. Но вам следовало бы лучше позаботиться об их сохранности.
– Да, – Анита царственно кивнула. – Вы настоящий мастер. И ваша оценка моей коллекции совершенно верна.
– Вопрос в том, зачем вы устроили эту проверку? – суховато поинтересовалась маг.
– Чтобы развеять ваши подозрения, конечно. – Все же она была ведьмой, что сквозило во всем ее облике. – Теперь вы понимаете, Никола не мог получить тот странный камень из моей коллекции. Как вы сами заметили, уровень не тот.
