Дорогая Рут!
Это самое трудное в моей жизни письмо, но откладывать я больше не могу. Когда ты будешь читать эти строки, я уеду и на этот раз уже никогда не вернусь. Прости меня.
Я хотел остаться. Велл был нашей мечтой. Мы когда-то надеялись, что он вновь соединит нас вместе. Эта земля не принадлежит ни тебе, ни мне. Она рассорила нас. Мы прошли все стадии деградации наших отношений. Сначала мы жили в доме вместе, затем в разных спальнях, потом в разных домах. Согласно следующему логическому шагу одному из нас необходимо было отсюда уехать. А потом случилось то, что случилось. Последние недели я тешил себя мыслью, что ты во мне нуждаешься, но я ошибался. Я тебе уже давно не нужен. У тебя всегда были твоя дочь, твой внук, твои сестры, твой Бог. Я давно нахожусь в самом конце списка твоих приоритетов. Со времени смерти Люсьена ты позволяла мне кормить тебя и давать таблетки, но этого для меня недостаточно. Я уезжаю навсегда.
Я бы и хотел разделить твою веру, но не могу. У меня нет ответов, как ты мне не раз пеняла, но я уверен, что прибегать к теории избранности Богом как способу объяснить, как и почему мы оказались в Велле, – признак не силы, а слабости. Все это самообман. Из любви, а не из озлобленности я много раз пытался открыть тебе глаза на то, что сестра Амалия просто тебя использует. Надеюсь, ты будешь держаться от нее подальше. Тебе необходима врачебная помощь. В отличие от Энджи я не считаю, что сестры такие уж безобидные.
Надеюсь, мы сошлись во мнении о том, что Велл – гораздо больше нас двоих. Я вложил все, что у меня было, в наше небольшое поместье, вот только небольшим оно уж никак не оказалось. Ты со мной согласна? Эта земля никогда нам по-настоящему не принадлежала. Если она может дать ответы на вопрос, как бороться с засухой, эта земля должна принадлежать всем. Я подписал мою часть документов, согласившись с предписанием о временной аренде правительством этой земли, и переслал все бумаги нашим адвокатам. Пока я не получил за это никаких денег. Дело, разумеется, не в деньгах. Уверен, что ты достаточно хорошо меня знаешь, чтобы мне поверить. В марте будет очередная годовщина нашей свадьбы. Ты слишком много для меня значишь, поэтому я не согласен довольствоваться тем малым, что ты мне оставляешь.
Помнишь те списки, которые ты составляла для меня и Энджи, когда уезжала на конференцию? «Урок джазового танца – в четверг. Не забудь лазанью в морозильнике. Книгу по чтению Энджи надо вернуть в пятницу. Это все!» Теперь я хочу написать для тебя список дел. Проверяй овец каждый день на предмет копытной гнили. Кормовые добавки для тамворс[38] заканчиваются. Стоп-сигналы на прицепе надо починить. Напоминаю тебе: ты должна о себе заботиться. Ешь вовремя. Запирай заднюю дверь. Не запускай двигатель «лендровера» через провод от внешнего источника. Избегай интернета. Но ты месяцами игнорировала мои советы, поэтому нет нужды повторять их снова и снова. Что будет, если все в моей семье умрут? Ради того чтобы не рехнуться, я должен отойти в сторону и попытаться справиться с собственным горем. Ты сможешь сама о себе позаботиться.
В моем письменном столе ты найдешь все необходимые бумаги, всю финансовую информацию и т. д. Я загрузил все документы по Веллу на твой лэптоп. Папка называется «Уход». На банковском счете еще остались деньги, но надолго их не хватит. Когда-то нам придется обсудить денежный вопрос. Возможно, я попрошу адвоката выступить в роли посредника. Не пытайся меня отыскать. Я не отвечу. Все кончено.
Я не знаю, что буду делать. Вилл говорит, что одному человеку нужен кто-то с юридическим образованием, но мое сердце к этому не лежит.
Ты меня бросила так же, как сейчас я бросаю тебя. Извини, что тогда тебя ударил. Я не склонен к насилию, но временами ты настолько сильно испытывала мое терпение, что у меня перехватывало дыхание и становилось трудно дышать. Возможно, все вскоре пройдет. Возможно, вскоре опять начнутся дожди. В любом случае, пока мы точно не знаем, кто убил нашего внука, о прощении говорить рано. Я надеюсь, хотя надежда эта призрачна, что это не ты.
Вся моя любовь останется с тобой. Никому больше она все равно не нужна.
Марк
