Забегая вперёд, скажем, что г-жа Тринилия спала до самого вечера, как младенец, пропустив ужин в том числе. Поужинав в компании Наны у себя в комнате, сирра снова почувствовала потребность лечь в постель, где благополучно наслаждалась прекрасными снами остаток ночи.
Поскольку тетрадь с конспектами и пособием по магическим сущностям осталась в учебном кабинете, а встречаться с Ленуаром Мариэль не хотела, то невольно выполнила данное бабушке обещание – честно читала другую книгу, не зная, чем ещё себя занять, до полудня, когда должен был приехать Арман.
Единожды чтение прервало звяканье в шкатулке, стоявшей на подставке у конторки. Это был почтовый портал, как объясняла Жанетта, но Мариэль пока в действии его не видела. Осторожно открыла крышку. На дне лежал свёрнутый в трубочку лист и какой-то шар величиной с теннисный мяч. Это было письмо от Люсиль, отдыхающей с родителями на источнике.
Пришлось звать Жанетту, чтобы понять, как что работает.
– Вы кладёте в ящик письмо или другое какое небольшое послание, сверху – руку и думаете о человеке, которому отправляете. Если «дзынь» было, значит, письмо дошло. Со сферой тоже всё просто. Берёте её и подбрасываете вверх, – служанка взяла в руки присланный от Люсиль прозрачный шар и слегка замахнулась в потолок. – Когда нужно будет запись остановить, вы просто протягиваете к сфере руку, и она вернётся к вам. Чтобы посмотреть запись, вам нужно будет поставить сферу на специальный постамент и всё – наслаждайтесь. Но это удовольствие не для всех, конечно. И ещё, сферы долго не держат запись. Несколько раз посмотрел – и стёрлось.
– Не думала, что такое есть. С ума сойти можно… – Мариэль озиралась, куда бы положить шар, чтобы он не разбился.
– Я уберу в коробку, – расторопная Жанетта тут же нашла место.
До приезда Армана слова Люсиль про «держаться под руку» нет-нет да и всплывали в памяти, будто в сердце застряла заноза, напоминая о себе от каждого прикосновения. Рассердившись на саму себя, Мариэль сожгла письмо, и, действительно, немного полегчало.
Но стоило саням Делоне въехать во двор, а молодому человеку помахать рукой Мариэль, стоящей у окна, как тупая боль усилилась. Прежде, чем спуститься к Арману, девушка постояла, прижимаясь лбом к холодному стеклу. Нужно было взять себя в руки.
*****
Отдав слугам жюстокоры и жилеты, юноши остались в белых свободных рубахах с широкими рукавами, которые пришлось закатить для удобства. Каждый держал по узкому мечу и поигрывал им, привыкая к весу оружия. У дальней стены растянули ширму, скрыв лохани, чтобы не портить вид.
У стены рядом с дверью находился зрительский ряд. Сидели здесь почти одни девушки: Мариэль с Жанеттой посередине и служанки, включая тётушку Гато. С краю подпрыгивал на стуле нетерпеливый Микал, то и дело соскакивавший, чтобы посмотреть поближе, как молодые сиры управляются мечами, пока тётушка Гато не прикрикнула на него. В дверях остались стоять управляющий и двое слуг с кувшинами и полотенцами в руках.
На всех дамах поверх платьев были наброшены тёмные накидки.
