ТАЙНА КАТЫНИ полностью

В случае его проведения суд над «преступлениями коммунизма» плавно перетечет в суд над СССР и его историей. О подобных перспективах заявил выступивший на ежегодной Катынской конференции (28.05.2005 г.) проф. Войцех Матерский (Памятных. Новая Польша. № 5, 2005) Он подчеркнул, что за катынское преступление ответственна «вся советская политическая система, партия-государство» . Матерский сожалел, что отсутствует возможность выдвинуть обвинение «в отношении современного российского государства» . Такая возможность полякам может представиться, если Россия не откажется от «страусиной» тактики в российско-польских отношениях.

Понятие «Катынь» в Польше пытаются сделать всеобъемлющим при оценке этих отношений. Все более популярным в польских политических кругах становится мнение профессора В. Марциняка, который, как уже говорилось, предлагает под «Катынью» подразумевать всех погибших в результате репрессий в СССР польских граждан.

Очередное обострение ситуации в катынском вопросе произошло в марте 2006 г., накануне ежегодно отмечаемого в Польше «Дня памяти жертв Катыни». Поводом к международному скандалу послужило то обстоятельство, что за несколько недель до этого Главная военная прокуратуру (ГВП) России отказала вдове погибшего в Катыни поручика «признать того жертвой сталинских репрессий» . Отказ был мотивирован тем, что не найдено никаких юридических доказательств, которые свидетельствовали бы о том, что поляки весной 1940 г. были расстреляны по политическим мотивам. Решение Политбюро ЦК ВКП(б), по мнению ГВП, не является приговором и поэтому его нельзя отменить и, соответственно, реабилитировать жертвы.

Однако польская сторона не согласилась с такой интерпретацией катынского преступления. По данному поводу прозвучали заявления МИД Польши и Института национальной памяти (ИНП), высказал свое недоумение президент Польши Л. Качиньский. У здания российского посольства в Варшаве состоялся пикет с требованием признать жертвы Катыни «жертвами сталинских репрессий».

Известный польский историк и публицист, один из авторов польской «научно-исторической экспертизы» сообщения комиссии Бурденко, Мариан Войцеховский в связи с 66-ой годовщиной катынского преступления написал в «Газете выборчей», что отказ военной прокуратуры России отказаться от реабилитации жертв катынского преступления накануне годовщины этого события стал знаком, что «примирение с поляками не интересует российскую сторону, а недавние дружественные жесты по отношению к Варшаве были только блефом» (Газета выборча, 9 марта 2006 г.).

Российскую позицию 6 марта 2006 г. озвучил в эфире радиостанции «Эхо Москвы» историк Рой Медведев. Он заявил, что расстрел в Катыни «нельзя назвать ни политическими репрессиями, ни геноцидом» . В мире подобное определяется юридическим термином «военное преступление». Р. Медведев также считает, что «реабилитация была, и очень основательная: опубликованы все документы, сохранившиеся в архи-вах, президент Ельцин принес Польше извинения, на месте трагедии установлен памятник» .

Следует также учитывать, что за последние пятнадцать лет польская сторона сумела навязать мировому сообществу свою точку зрения на катынскую проблему. Никого не волнует несовершенство российского закона 1991 г. О реабилитации жертв политических репрессий. Главное для большинства то, что поляки были расстреляны по «приказу Сталина».

Поэтому сложившуюся ситуацию с отказом в иске о признании расстрелянных в Катыни жертвами политических репрессий Польша пытается использовать как дополнительный козырь для перевода катынской проблемы под юрисдикцию международного права. Это может создать для России правовую ситуацию, аналогичную с так называемым «сербским геноцидом албанцев» в Косове, не говоря уже о повторении ситуации со швейцарской фирмой «Нога».

В Польше Катынью занимается специальная полугосударственная организация - Институт национальной памяти. Это не научное учреждение. Председатель ИНП - единственное должностное лицо в Польше, которое подчиняется исключительно польскому сейму. Для его избрания на этот пост необходимы голоса, как минимум, 60% депутатов. Соответственно у института всегда мощная политическая поддержка. В его структуре работает около сотни прокуроров. Институт по поручению польского Сейма осуществлял контроль за ходом расследования Катынского дела, проводимого российской стороной.