— Мы предполагали, что вы едете в крепость, и здесь мы совершили первую ошибку. Минивен неожиданно поехал не в городок к крепости, а пополз на гору. Мы ехали следом, но понятия не имели куда. Сюрпризом оказался тупик на вершине горы и полное отсутствие других автомобилей. Сразу уехать с автостоянки было бы неосторожно. Еще хуже было возвращаться к подножию горы, где дорога уходила в двух направлениях. Там остаться незаметными было невозможно. Водитель «мерседеса» не мог не заметить нас. Оставалось только одно — ждать. Я не решился выйти из машины, боялся быть узнанным, а Осиф сильно нервничал, и его лучше было держать при себе.
— Это очень подозрительно — приехать в место поклонения и остаться в машине, — в сердцах вставил Мехмет.
— Вы правы, — продолжал американец. — Обстоятельства были против нас. Дальше оказалось еще хуже. Вы проехали гостевую стоянку для туристов у развалин крепости и встали в таком месте, где в округе не было ни одного автомобиля и нам ничего не оставалось, как оказаться на виду у вас.
— Тогда мой водитель и заподозрил, что вы за нами следите, — вспомнил Мехмет.
— После посещения крепости, вы попытались от нас оторваться. Стало понятно, что мы раскрыты. Уйти от преследования в такой местности несложно. Стоит только затормозить у любого блок поста военных, которых здесь множество, и высказать опасения по поводу подозрительной машины. А дальше, пока у нас неспешно проверяют документы, скрыться из виду. Мы не могли потерять вас. Раз вы нас заметили, то дело почти провалено. Я решил, что нужные нам вещицы, «карта» и «копье», при вас, и их необходимо отобрать. Все лучше, чем ничего. Я хотел напугать, и поэтому стрелял так, чтобы не задеть пассажиров. Ну, а дальше вы знаете.
— Вы меня чуть не убили! — взвился Мехмет.
— Простите, сэр, я хороший стрелок, вероятно последний выстрел совпал с…
— Что будете теперь делать? — перебил его Дорохов. — Не боитесь босса из ЦРУ?
— Я давно продумал, как исчезнуть. Рано или поздно это пришлось бы сделать. Некоторые средства я скопил, а сегодня я опустошил счета моей фирмы. Босс меня не найдет.
— Стив, помогите нам найти вашего загадочного «босса», — взмолилась Эмма. — Он и без вас продолжит меня преследовать.
— Возможно, мэм, это вам поможет, — после непродолжительной паузы ответил Гроссман. — Я видел босса лишь однажды в полутьме и на некотором расстоянии. Года три назад, осенью была такая встреча в старых доках Бостонского порта. Он очень спешил, а я должен был передать ему пакет. Я положил пакет на видное место и отошел назад на сто шагов. Так было условлено. Появился человек, закутанный в пальто. Лица было не разобрать, роста вроде среднего. Он развернул пакет и явно остался очень доволен, даже хлопнул в ладоши пару раз…
— Ты что издеваешься! — не выдержал Мехмет.
— Продолжайте, — миролюбиво подбодрил Гроссмана Дорохов.
— Так вот, босс вроде как мне поаплодировал, и мне показалось, что он левша.
— Почему вы так решили? — недоверчиво поинтересовалась Эмма.
— Он хлопал в ладоши левой рукой сверху, а правша это делает наоборот. Мне в мою полицейскую бытность пришлось столкнуться с преступлением, которое совершил левша. Вы, мэм, если мне не верите, то посмотрите, как аплодирует наш президент Барак Обама, а он левша. Я думаю, эта информация может вам помочь, ведь таких леворуких всего-то процентов пять от общего населения.
— Да, — задумчиво произнес Абу. — Это может помочь.
Американец, вконец обессилив, попросил позвать доктора. Угур остался удовлетворен состоянием пациента, но попросил всех покинуть помещение. Мехмету, несмотря на его сопротивление, врач велел вернуться в постель.
Виктор попросил Абу помочь ему увеличить схемы из дневника Карла Рунге, а шейх пригласил Эмму прогуляться по саду.
Старый сад напоминал лабиринт. Узкие мощеные дорожки были окружены высоким густым кустарником, местами их ветви так тесно переплетались, что почти не пропускали дневного света. Сафир привел женщину к удивительному по красоте небольшому заросшему пруду. Плотная стена зеленых насаждений отделяла его от всего остального мира. Стоящая на берегу маленькая белая беседка с ажурными витиеватыми переплетами, подчеркивала сказочный пейзаж этого места.
— Я знаю, у тебя есть ко мне вопросы, — прервал молчание старик.
— Мне не дает покоя ритуал посвящения, которому меня подверг мой дед Карл. Что вы об этом думаете?
— Я думаю, что твой дедушка приблизил тебя к Божественному Свету, в твоих глазах я не вижу тьмы. Сердце твое рвется к истинным знаниям, и это твоя судьба. Мне не ведом тот ритуал, но если он помог исцелить божие дитя и защищает от злых людей, то просто прими его. Ты избрана, и к этому надо отнестись с благодарностью без тени гордыни.
— Ответьте Сафир, много ли на Земле людей необычных, не таких как все?
Шейх прошептал что-то на непонятном Эмме языке, после чего, тщательно подбирая слова, начал свой рассказ:
«Старинные трактаты говорят, что среди нас присутствуют:
