— Вы знаете куда больше, чем я ожидал, — с почтением заметил Максимов. — Действительно, Матрона умерла в 1952 году. Правда, канонизировать ее чиновники от церкви не спешили. 2 мая 1999 г. блаженная старица Матрона была прославлена в лике местночтимых святых, а в 2004 г. для общецерковного почитания. Ее святые мощи почивают в Покровском женском монастыре в Москве. Вы говорите, что ее преследовали, но не могли арестовать. Неплохо для слепой женщины, лишенной возможности передвигаться самостоятельно. Ряд собранных мною документов излагает эту историю несколько по-другому. У матроны был высокопоставленный защитник. По моим сведениям, он несколько раз встречался с ней и даже предлагал свою помощь для обретения собственного жилья, но провидица отказалась.
— Кто же этот смельчак, — не удержался Виктор. — Кто-то из ближайшего окружения Сталина?
— Да нет, — ухмыльнулся Максимов. — Сам Иосиф Виссарионович, собственной персоной. По моим сведениям они много беседовали, и Матрона оказывала на него положительное влияние. Именно она просила его не уезжать из Москвы в 1941 году. Некоторые историки, знающие об этой встрече, говорят, что Матрона предсказала, что Москва не падет, и Сталину нет нужды уезжать. Но я, опираясь на факты, вынужден их опровергнуть. Матрона сказала Сталину совсем другую фразу: «Если ты останешься, то святой город не будет сожжен недругами. Если убежишь, то страх скует волю оставшихся, и они погибнут до прихода врага».
— Невероятно! — прошептал Виктор. — Он же разгромил православную церковь. Я думал, она его ненавидела.
— Может и так, — спокойно произнес Максимов. — Кто знает? Святой человек по- своему трактует божий промысел. Матрона не умела ненавидеть. Не нам судить.
— В это трудно поверить, — не унимался Дорохов, — церковь об этом ничего не говорит.
— И правильно делает, — согласился Максимов. — О встречах Матроны со Сталиным говорят не фотографии, а иконы, размещенные в православных храмах.
— Вы шутите! — воскликнул Виктор. — Это невозможно.
— Ни сколько не шучу, — возмутился профессор. — Многие иконы уже уничтожены, и последние снимаются в наше время. В Москве в храме Святого Николая Чудотворца, который располагается за библиотекой имени Ленина, икону Святой Матроны Московской, сидящей рядом со Сталиным, сняли после того, как ее обнаружили журналисты. Работники храма не смогли объяснить, откуда у них взялась эта икона, и почему на ней изображен советский генсек. Это произошло в 2010 году. Журналисты увидели икону святой Матроны Московской, на которой изображена ее встреча с Иосифом Сталиным. Генеральный секретарь написан в полный рост, он одет в форму, стоит рядом со святой и внимательно ее слушает. Работники храма пояснили, что у них висит целая серия икон, изображающих сцены из жизни святой Матроны, и эта — одна из них.
Максимов закашлялся и грустно продолжил:
— Между тем это уже не первый случай, когда в церкви находят икону со Сталиным. В 2008 году изображение советского вождя было обнаружено в одном из храмов Санкт-Петербурга. На иконе Сталина благословляла все та же святая Матрона. Через полгода икону сняли, а отца Евстафия, поместившего ее в храм, разжаловали из настоятелей во вторые священники. Все это я вам рассказываю потому, как есть у меня одно довольно странное свидетельство некой Варвары Лукьяшиной. Эта женщина написала в 1979 году письмо в газету «Труд», в котором утверждала, что она знает о разговоре Сталина с Матроной, состоявшемся в 1942 году в доме отца Зинаиды Ждановой. По понятным причинам это письмо не было опубликовано, но корреспондент газеты встречался с автором письма.
— Но вы же никогда не работали в этой газете, насколько я знаю, — скептически заметил Дорохов. — Как вы об этом узнали?
— Хороший вопрос! — ответил Максимов. — Но уверяю вас, что многие журналисты в Москве знали о моем существовании. Я писал статьи об истории Кремля, выступал с лекциями и неоднократно упоминал о Матроне Московской. Власти относились ко мне снисходительно, хотя и не давали широкой трибуны. Корреспондент газеты «Труд» сам нашел меня. Это был довольно молодой человек, настоящий комсомолец, мечтающий стать членом партии. Но по натуре это был авантюрист, до конца не понимающий своего предназначения. Он приехал ко мне после встречи с Лукьяшиной. Представьте себе московского карьериста, работающего в центральной газете, у которого отказали идеологические тормоза. Он показал мне письмо Варвары, и это послание я покажу сейчас вам.
Максимов отъехал в свое драгоценное хранилище, находящееся в его большом шкафу, и через несколько минут вернулся. Перед Виктором и Эммой лег листок клетчатой бумаги, исписанный от руки.
— Это письмо Варвары Лукьяшиной? — с почтением произнес Дорохов. — Как вам удалось его заполучить?
— Нет, конечно, — огрызнулся Максимов. — Такое было невозможно в то время. Это копия, я переписал письмо. Но посмотрите, как оно написано, я специально оставил стиль женщины и орфографические ошибки, это, на мой взгляд, важно.
