— А почему бы и нет, — воскликнул профессор. — Эта версия имеет право жить. Я хочу обратить ваше внимание на фразу из письма Лукьяшиной: «дальше они говорили о вселенной, о мире вне времени, и прорицательница сказала ему, что поиски духа времени ему неподвластны, и надобного от этого отказаться. И он пообещал более не делать попыток, хотя и был этим явно огорчен». Т. е. получается, что Сталин был занят неким «поиском духа времени» в «мире вне времени», и Матрона уже знала об этом, возможно, из предыдущих с ним бесед. Более того эти поиски «ему неподвластны, и надобного от этого отказаться». На мой взгляд, речь вполне может идти о строительстве советских храмовых сооружений.
— Так какая же связь между Матроной, Сталиным и нашими поисками, — не удержалась Эмма. — Профессор я совсем запуталась, вы привели столько фактов, рассказали столько историй, но у меня не получается связать воедино все эти события.
— Простите меня, милое дитя, — извинился Максимов. — Но сейчас постепенно все встанет на свои места. Перед нами появляется несколько иной Сталин, не проживший и года после смерти Матроны, бывший семинарист, разочаровавшийся в религиозном институте того времени. Человек, создающий новый мир, причем, создающий его любой ценой или, как скажут его приверженцы, изо всех сил. Рисунки из дневника Рунге красноречиво говорят о том, что Сталин интересовался тем же, чем и Александр Рунге. Мой внутренний голос говорит, что вы должны найти в Москве что-то очень для вас важное. Возможно, это связано с тремя культовыми Советскими сооружениями, строительство которых началось практически в одно и то же время. Это, как я уже говорил, Мавзолей на Красной площади в Москве и два больших монументальных здания. Одно из них «Дом Науки и Культуры» в Новосибирске, другое «Центр Агитации и Пропаганды» в Москве, оба впоследствии стали театрами. Надо отметить, что эти два здания в дальнейшем переданные под театры, предполагали собрание больших масс людей и выступления перед ними со сцены агитационных бригад. Что-то вроде Кремлевского Дворца Съездов в Москве, построенного много позже.
Эмма, затаив дыхание, слушала русского профессора. Его жестикуляция была столь экспрессивна, что, казалось, он мог рассказывать свои необычайные истории, не прибегая к словам. Восприятие действительности этим человеком было настолько не похоже на ее собственное, что его можно было смело причислять либо к сумасшедшим, либо к гениям или и к тем и другим одновременно. Перед Максимовым из большой толстой папки выглядывали старые черно-белые фотографии, которые он приготовился продемонстрировать.
Рассказ о строительстве мавзолея на Красной площади просто поразил ее. По словам профессора, Московский мавзолей — это, на самом деле, «зиккурат», древнее сооружение в форме усеченной пирамиды. Плоская площадка наверху предназначена для ритуальных действий и для обращения правителей к народу. Внутри зиккурата обычно существует погребальная камера, в которой расположено мертвое тело «терафима». Это храм новой религии, придуманной большевиками. По древней традиции внутри храмов находятся останки людей, которые при жизни были избраны богом или вселенной, кому как нравится.
Эта традиция очень древняя. Останки выдающихся людей и сегодня находятся во многих церквях. И их тоже можно увидеть, как и вождя пролетариата Ленина в храме большевиков. Они называются «мощи», от слова «мощь» — огромная сила. Мощам молятся, чтобы они не теряли своей магической силы, а прибавляли ее!
Жрецы, управляющие народом — это часть ритуала. Зиккурату-мавзолею приносят жертвы и своего рода молитву поминанием усопшего и шествием толпы слева направо. «Слава КПСС», «Слава Ленину» и т. д. Вообще, скандирование одинаковых лозунгов подавляет индивидуальность и придает толпе единое общее сознание.
Первый деревянный вариант здания мавзолея был поставлен 27 января 1924 года. Он с самого начала строился как усеченная пирамида и представлял собой культовое сооружение.
«Неожиданно», через два месяца мавзолей закрыли и стали срочно перестраивать. Работы велись круглосуточно, и уже в августе 1924 года появился новый мавзолей, намного крупнее своего предшественника. Размеры новой усеченной пирамиды действительно впечатляли — высота 9 метров, длина 18. Все деревянные детали были покрыты специальным масляным лаком. Это позволяло зиккурату простоять не одну сотню лет. Двери и колонны верхнего портика были сделаны из редкого и очень практичного черного дуба. В строительстве использовались только кованые гвозди. Учебники по истории нас уверяют, что оба деревянных строения были временными, поэтому, мол, и был построен с июля 1929 года по октябрь 1930 года каменный мавзолей. Но ведь совершенно очевидно, что второй деревянный зиккурат был построен на века, и современники того времени отмечали, что выглядел он величественно. Зачем его было перестраивать?
