— Значит, нам сюда, — Люсиль шагнула вперёд, но Фенек внезапно вздыбил шерсть и зашипел, уцепившись когтями в её плечо.
— Ой! — блондинка дёрнулась. — Прекрати, пушистый!
— Может, он что-то чувствует? — Кларисс нахмурилась.
— Или просто увидел крысу, — фыркнул Марк поправив очки, но тоже достал защитные руны.
Агата молча смотрела на окно на втором этаже. Там мелькнула змеистая тень и шевельнулась шторка.
Белоснежные своды Библиотеки консульства встретила их волной теплого воздуха, пахнущего старой бумагой, воском и чем-то неуловимо сладким, как забытый сухоцвет. Высоченные своды тонули в мягком золотистом свете, льющимся невесть откуда — то ли от витражей на невидимых окнах, то ли от самих стеллажей, чье темное дерево будто напиталось солнцем за века. Воздух здесь был тихим, густым, как мед, и каждый шаг по ковру с причудливым синим узором казался бесшумным падением в сон. Кларисс, забыв на миг про возмущение Марка, замерла у входа, подняв лицо к этому светящемуся величию. Ее рыжие волосы вспыхнули медью, а глаза, широко раскрытые, отражали мерцание тысяч позолоченных корешков и азарт познания сиял в них.
— Практиканты Вечного Пламени, я полагаю? — Голос был сухим, тихим, но разнесся под сводами с отчетливостью падающей иголки. Из-за массивного дубового пульта возник Хранитель. Он был высок, невероятно худ, облачен в одежды глубокого синего цвета, сливающиеся с тенями. Лицо его, обрамленное седыми, аккуратно подстриженными бакенбардами, казалось вырезанным из слоновой кости — благородным, но лишенным румянца жизни. Улыбка была вежливой, профессиональной, но не достигала глаз, холодных и ясных, как горный лед. — Добро пожаловать в Хранилище Тайных Контрактов. Ваша задача на сегодня — каталогизация.
— Катало… что? — Марк, уже наступавший на пятки Кларисс, остановился как вкопанный. Его коренастая фигура напряглась — Нам сказали про практику! Расследование! Магию! А не про… — он с отвращением ткнул пальцем в ближайшую гору книг, — про это! Мы что, пылесосы магические? Читать?!
Хранитель даже бровью не повел. Его взгляд скользнул по Марку, как по неинтересному экспонату, он даже слегка наморщил нос брезгливо.
— Ката-ло-ги-за-ция, молодой человек, — произнес он с ледяной отчетливостью. — Основа любого расследования — знание. А знание здесь. — Он широким жестом охватил бесконечные ряды стеллажей. — Ваша задача — сверить инвентарные номера с реальным содержанием полок. Отделить зерна от плевел, так сказать. Инструкции на столах. Приступайте.
Возмущению Марка, кажется, не было предела. Он начал что-то горячо доказывать, размахивая руками, голос его, обычно громкий и уверенный, казался жалким писком в этой титанической тишине зала. Кларисс вздохнула, уже привычно готовясь его утихомирить или хотя бы оттащить в сторону, но ее внимание на миг приковал сам Хранитель. Тот слушал Марка с тем же бесстрастным видом, но уголки его губ чуть дрогнули — не в улыбку, а скорее в едва уловимой гримасе… усталости? Презрения? Его безупречно белые манжеты выглядели слишком ярко на фоне общей приглушенной гаммы.
Серж же словно растворился. Еще до окончания речи Хранителя он юркнул к ближайшему стеллажу, как змея в нору. Пальцы с благоговением скользнули по потертым кожаным корешкам.
— "Трактат о Невыполнимых Геометрах" Арастея Третьего… Одиннадцать томов "Сводов Забытых Клятв"… Боже, "Диалоги с Тенью" в первом издании! — его шепот, полный детского восторга, был слышен лишь книгам. Он забыл про группу, про задание, про весь мир, погрузившись в тихий рай библиофила. Аккуратно вытащил один увесистый том, прижал к груди и закрыл глаза, вдыхая запах древнего пергамента, будто это был самый дорогой аромат.
Люсиль, наблюдая эту сцену, обреченно опустилась на стул у одного из длинных читальных столов, покрытых темно-зеленым сукном. Подперла подбородок ладонью, ее бледные глаза следовали за Марком. Высокий, гневно жестикулирующий, такой живой и настоящий на фоне застывшего величия библиотеки и ледяного Хранителя. «Красивый дурак», — подумала она с невольной нежностью, задерживая взгляд на линии его напряженной челюсти, на том, как свет играет в его темных, взъерошенных волосах. Он был как глоток свежего воздуха в этом затхлом, пусть и прекрасном, склепе знаний. Пальцы девушки бессознательно поиграли с краем мантии, пытаясь отогнать внезапно накатившую волну тепла к щекам.
Агата вошла последней, не стремилась ни к стеллажам, как Серж, ни к столу, как Люсиль, ни в водоворот спора, как Марк и Кларисс. Она словно проплыла на второй этаж по широкой, плавно изогнутой лестнице, легкие шаги не оставили следа на глубоком ковре. С галереи открывался еще более захватывающий вид на бескрайнее книжное море, залитое тем же странным, нерукотворным золотым светом. Остановилась у балюстрады, ее вишневые глаза медленно скользили по залу, по фигурам друзей, по неподвижной фигуре Хранителя, по другим редким посетителям — нескольким молчаливым фигурам в темных одеждах, сгорбленным над столами в дальних углах.