- Жуй, это боевой паек армии Ра, - Сафи поправила трубочку у меня во рту. – Между прочим, дорогая штука, саморазогревающаяся и практически не портящаяся. Мама ругалась, что мы их покупаем, но отец всегда держал запас на всякий случай. Ну, а мы с Керри любили лопать их на праздники или когда просто бывало грустно.
Сафи продолжала удерживать маску равнодушия на своем лице, но и так уже было понятно, что возвращение в родной дом на нее все-таки повлияло.
- Так все же чем все закончилось? – я проглотил содержимое пакета и выплюнул трубку изо рта. Похоже, мое тело начало приходить в себя, и сделать это получилось практически без проблем. Я даже почти не заляпался в итоге…
- Чем все закончилось? – Сафи повторила мой вопрос. – Мы сбежали… После того, как Саанвульф потратил слишком много своей личной мощи, чтобы тебя подбить, мне хватило сил, чтобы открыть проход сюда. Не хотелось показывать это место, да и просто возвращаться в этот дом, но ни с одним другим кусочком реальности у меня нет такой связи.
Ага, похоже, чем прочнее связь, тем проще в это место перенестись. Я еще не сталкивался с подобными проблемами, но буду иметь в виду на будущее.
- А что хранитель? Вы до него добрались? Узнали место, где нам искать Маабеара?
- Нет, он смог сдержать все наши атаки, - Петрович покачал головой. – А потом начали подтягиваться другие вестники, и уже нам пришлось защищаться.
Печально, выходит, что все было зря… Нет, я кое-что узнал о самом себе, увидел, что находится в центре клубка щупалец истинных зверей, но все равно не могу избавиться от этого горького привкуса поражения. Неужели мы попали в тупик?
- Петрович, - я вспомнил об обещании копейщика и решил немного сменить тему разговора. – Раз у нас тут пока наметился перерыв, давай ты прямо сейчас мне про глашатаев и расскажешь.
Я еще не закончил говорить, как услышал сразу два вздоха. Облегченный от Сафи – похоже, девушка опасалась, что мы будем ее расспрашивать о ее прошлом, об этом месте (с этим я еще успею). И немного грустный от Петровича.
- И чего тебе так не терпится о подобных глупостях слушать? - копейщик почесал затылок. – Ну, раз так хочется, а я обещал, то вот, что мне известно.
Я прислонился головой к холодному камню колодца – так остатки боли покидали меня еще быстрее – и внимательно слушал рассказ бывшего копейщика.
- Сабутей до того, как стать частью Хаоса, был одним из лидеров Атиса…
- Проклятый клан Сноурри, - тихо прошептала Сафи.
- Да, проклятый клан, который не был захвачен, а по собственной воле пошел на сделку с Хаосом задолго до падения своей родины и получил за это определенные привилегии. Глава клана Сноурри в итоге не проходил обучение, а сразу был направлен на захват других миров, и никто не мог его остановить. Авторитет бывшего атисца рос, пока однажды он не решился на то, чтобы бросить вызов самому Ангуссу Мериллу, который на тот момент был сильнейшим среди вестников. Хаос не стал препятствовать, вообще, он всегда поощряет соперничество среди своих слуг, и дуэль состоялась.
- Сабутей победил… - я то ли продолжил, то ли спросил.
- В тот раз сражался не он, - Петрович немного смутился. – В тот раз на дуэль вышел его старший брат, именно он был первым лидером Сноурри и он же был убит Мериллом. А его череп был разбит на части, и эти осколки были добавлены в костяное знамя Ангуса.
Такой концовки я, если честно, не ожидал. Выходит, брат Сабутея был убит Хаосом, а его останки выставлены на посмешище.
- Стать знаменем лидера вестников было большой честью, - продолжение рассказа Петровича показало, что я все не так понял, и будет лучше дослушать историю до конца. – Несмотря на то, что он убил своего противника, Мерилл признал его силу и даже взял в обучение его младшего брата, Сабутея.
Как иронично…
- Сабутей учился у убийцы своего брата около сотни лет, за эти годы он прославился как никто другой, а потом взял и последовал по тому же пути. Бросил вызов Мериллу и на этот раз победил. У меня нет воспоминаний о том бое, но результат знают все в Хаосе. У вестников появился новый лидер, Мерилл был отправлен на покой, а его знамя развеяно по ветру.
- Это все важно для истории глашатаев и их силы? – мне, конечно, было интересно, но, вообще, этот разговор я начинал все же ради кое-чего другого.
- Просто слушай, - Петрович недовольно нахмурился. – Когда Сабутей победил, он забрал из знамени Мерилла кости своего брата. И так как они все эти годы подпитывались силой обычных вестников и самого Мерилла, превратившего свое знамя в личный артефакт, жизни в них было столько же, сколько и в первые минуты после смерти.
На мой взгляд, было немного странно говорить о жизни в контексте мертвых костей, но, видимо, здесь имелось в виду нечто большее, чем мы обычно вкладываем в этом слово.
- Используя этот отблеск брата, Сабутей смог вернуть его и создал таким образом своего глашатая. Не знаю, как это бывало у других, но в нашем случае все произошло именно так.
