Женька полторы минуты смотрел на это кусок стекла. В голове пульсировала одна мысль: «Думай нестандартно… Думай нестандартно…» Ему вспоминалась шаркающая походка у вуза, когда они шли к общаге. Нет, не могла она ему почудиться. Он явно её слышал! В гуле машин, в шуме людей! Слышал! И эта фура… Фигура мужика, вылезающего из неё… Рассказ друзей о неприятном мужике у подъезда и, самое главное, его описание.
Жека схватил телефон и набрал номер Владика.
– Влад! – заорал он в трубку, как только друг ответил.
– Ты чего звонишь? Два часа ночи. Случилось что ль чего?
– Случилось! Ещё как случилось! Я знаю, кто такой Мясник. И где Анжела тоже, скорее всего, знаю.
Анжела уже третий день была в подвале. Неприятный тип регулярно приходил к ней: покормить и, в который раз, попытаться вытрясти у неё информацию о местоположении отца. Но девушка ему так ничего и не рассказала. В очередной раз мужик пришёл к Анжеле, когда она уже спала, свернувшись на полу калачиком.
– Последний раз спрашиваю, скажешь, где Гусев?! – крикнул на девушку неприятный тип.
– Я же сказала, нет! Делайте со мной, что хотите! – отрезала Анжела.
– Хорошо, – согласился мужик.
Он подошёл к девушке и зажал ей нос. Анжела была вынуждена открыть рот. Тут же там оказался кляп. Неприятный тип снова стянул ей пол лица намордником, завязав его на затылке. Однако ноги девушке он развязал. Уже знакомый несколько дней незнакомец открыл дверь и со словами «Бежать не вздумай, пристрелю» повёл Анжелу по коридорам, подталкивая в спину. Да бежать она и не думала. Ноги ей развязывали не часто, а потому сейчас их кололо тысячами иголочек.
Скоро они оказались в каком-то цеху. Вернее, мужик знал, в каком, а вот Анжела – нет. Человек, приведший сюда девушку, нажал какую-то кнопку на стене. Под потолком ярко вспыхнули светодиодные лампы. Весь цех пронизывали какие-то металлические конструкции, шланги, провода. Слева и справа от входа располагались электрощитки. В противоположной от двери стене были два окна. Неприятный мужик запер за собой дверь и повёл Анжелу к непонятной металлической конструкции, крепящейся на потолке. С неё свисали два троса с карабинами. Под конструкцией располагался металлический жёлоб. Но самое мерзкое было то, что на его дне виднелась густая тёмно-красная кровь. Анжелу чуть не вывернуло от этой картины.
– Ложись на пол! – приказал неприятный тип, развязав девушке рот.
– Да не буду я! – возмутилась она.
– Я сказал, ложись! Не выполнишь, пристрелю прямо сейчас. А так сможешь заработать себе помилование.
Анжела легла. Мужик обвязал её ноги тросами, свисающими с потолка, и застегнул на них карабины. Потом нажал какую-то кнопку на блоке, висевшем на металлической перекладине. Загудел мотор. Анжелу за ноги подняло кверху.
«Значит так. Слушай меня внимательно. В игрушки я тут играть не собираюсь. У тебя сейчас очень незавидное положение. Мы на скотобойне. Точнее сказать, я на работе, а ты на забое. Ты можешь очень легко себе помочь. Просто назови мне точное местоположение твоего отца. Несколько слов – и ты свободна. Утром отсюда будут увозить туши. Не выполнишь – твоя поедет там же. Выполнишь – уйдёшь отсюда прямо сейчас».
– Но что вам надо от моего отца? – закричала девушка срывающимся голосом.
– А вот это коммерческая тайна! – заверил её неприятный тип.
– А я-то тут причём?
– Лично ты – не причём. Просто я работаю. Сразу на двух работах. Сейчас я выполняю заказ, но для тебя я просто оператор линии убойного цеха.
– Но ведь вам это просто так с рук не сойдёт! Всё равно узнают…
– Никто ничего не узнает, – судя по голосу, здесь мужик должен был бы улыбнуться, но этого не произошло и лицо его осталось каменным и абсолютно непроницаемым, – Сама подумай… Ты пришла в университет, это все видели. Но вот внутри тебя не видел никто! Лишь профессор… Но что он может рассказать? Да, была с ним в аудитории. Да, кто-то ударил его. Кто, не видел, темно было. Ничего не помнит. Когда очнулся, тебя уже не было. Откуда он знает, где ты? Никто даже не подумает, что ты здесь. А дальше… Дальше я забью тебя здесь. Работа такая. Камер видеонаблюдения тут нет, крови – полно. Твою никто идентифицировать не будет. После забоя я даже выполню с тобой полный цикл, чтобы всё выглядело натурально, но тебя это уже беспокоить не будет. Сначала освежую, шкуру сниму, то есть, потом нутровка… А потом, утром, тебя вместе с остальной скотиной увезут отсюда. Делать это, конечно, буду не я. Но вот только тебя среди других тушек распознать, просто взглянув, будет невозможно. А копаться никто не станет. Ведь твои следы теряются в университете! Понимаешь, никто никогда не узнает, что было на самом деле. Ты как будто просто исчезнешь из того мира. Так что надеется тебе не на что. В общем, у тебя на размышление две минуты. Время пошло.
Анжела по-настоящему испугалась. Все угрозы до этого казались ей какими-то не столь уж ужасными, но теперь… Ведь действительно: надеется не на кого! У этих бандитов отлично выверенная схема, и ей, Анжеле, действительно грозит исчезнуть без следа.
***