Ситуация ухудшалась лавинообразно, довольно быстро превратившись из мелкой проблемы в настоящую катастрофу, и муниципалитет схватился за голову. Во всех рекламных проспектах Семирамида представлялась раем, а подобное место не может себе позволить бездомных, ютящихся на технических этажах шикарных небоскребов, рабочих, ночующих прямо в космопорту, и семей, живущих посреди пустыни в лучшем случае в палатках. Проблему решили устранить с помощью дешевого муниципального жилья, жильцы которого будут оплачивать только коммунальные услуги, и которое будет, таким образом, доступно даже самым бедным. Безработным планировалось предоставлять услуги в кредит, который следовало погашать после того, как центр занятости, созданный при муниципалитете, подберет им работу.
Квартал расположившийся на окраине, от остальной Семирамиды отличался простотой, даже в некотором роде аскетичностью: все семь небоскребов были построены по одному проекту, равно как и переходы, общественные площадки и парки. В остальном концепция не отличалась от других районов города. Первые этажи занимали магазины, автоматические кафешки и разнообразные общественные заведения, выше располагались маленькие, но оснащенные всем необходимым квартирки. Между блоками имелись прачечные, детские комнаты и общественные холлы.
Ошибочность подобного решения муниципалитет осознал далеко не сразу, а когда осознал, было уже поздно. Выяснилось, что безработные, избавленные от необходимости платить за крышу над головой, не особо спешат искать работу, а студентки и студенты предпочитают снимать одну квартиру на четверых, но жить подальше от сильно пьющих, агрессивных личностей. Район, поначалу казавшийся идеальным решением проблемы, превратился в трущобы. И если на верхних этажах небоскребов еще можно было жить относительно безопасно (особенно если не покидать пределов квартиры в сумерках: сломанное благодарными жильцами освещение никто не чинил, а чудом оставшееся целым просто отключили, чтобы хоть как-то уменьшить затраты на содержание района), то нижние не зря получили прозвище «Дно».
Школы и больницу, а также все прочие общественные заведения пришлось закрыть, не нашлось никого, согласного работать в оазисе, ставшем клоакой. В район перестали летать дроны доставки — их там просто разбирали на запчасти –и муниципальные таксофлайеры. Фирмы, предоставляющие в аренду флайеры и скутеры, установили на них блокировку посещения, рассудив, что если клиент хочет рисковать своей целостностью, то пусть делает это пешком. Полиция посещала район только в сопровождении служебных киборгов и регулярно устраивала облавы, которые пополняли тюрьмы, но мало способствовали решению проблемы.
Дурная слава района однозначно намекала, что девушке девятнадцати лет стоит развернуться и отправиться ужинать с бабушкой, ну, или, в крайнем случае, дождаться, пока Беккер будет возвращаться обратно. А если уж совсем любопытно, можно попробовать использовать стрекозу, хоть в таком месте заметить ее проще простого. И уж точно не стоит перемахивать через перила и направляться вглубь района за сигналом, подаваемым шпионской брошкой.
Шагая по переходу на уровень ниже того, где подлый скутер отказался везти ее дальше, Рика пожала плечами в ответ на свои собственные мысли. Судя по сигналу, Беккер или хотя бы его флайер где-то недалеко, а темнота ей только на руку. Зря она, что ли, потратила кучу времени на этого типа? Вот узнает, куда это он прилетел, а если повезет, то и зачем, и можно будет отправляться ужинать.
Рика никогда раньше не была в этом районе и понятия не имела как он выглядит при свете дня, но темнота делала окружающий пейзаж похожим на декорации к ужастику. Перила перехода, по которому она двигалась, были частично обломаны или, скорее, срезаны, а частично обмотаны непонятно чем. Под ногами валялись битые бутылки и прочий мусор.
Впереди смутно виднелось то, что осталось от небольшого общественного сквера. Даже в темноте деревья выглядели мертвыми — оно и не удивительно: без четко работающей системы орошения у растительности не было ни малейшего шанса. В освещенных окнах (большинство жильцов платить за коммунальные услуги давно перестали, но отключить район от воды и энергии муниципалитет не решался, опасаясь, что сделает только хуже) мелькали какие-то тени, издалека доносились звуки, от источника которых однозначно стоило держаться подальше.
Рика пересекла мертвый парк, и присела за останками автомата по продаже еды и напитков. Бедняга валялся на боку, давно перестав выполнять свои прямые функции.
Судя по сигналу, флайер Беккера находился ниже, как раз на уровне воздушной трассы О-2.7 — еще не самое дно, но уже место, куда точно не стоит соваться. И находился он не на внешней парковке, а в середине небоскреба, возвышающегося прямо перед Рикой.
