Тайна Магдалины полностью

— Нет. Вовсе нет. Даже если Питер сделал что-то не то, он сделал это из благих побуждений. Кроме того, каким бы лицемером я был, если бы чувствовал ненависть к Божьему человеку после открытия этого сокровища? Послание нашей Магдалины — это послание сострадания и прощения. Если бы все люди на земле смогли воспользоваться этими двумя качествами, мы бы жили на более прекрасной планете, вы не согласны?

Морин взглянула на него с восхищением и с расцветающим чувством, которое было для нее новым. Впервые в своей полной событиями жизни она чувствовала себя в безопасности.

— Не знаю, как и благодарить вас, лорд Синклер.

Раскатистое шотландское «р» прозвучало еще заметнее, когда он произнес ее имя:

— Поблагодарить меня за что, Морин?

— За это, — она широким жестом обвела буйную растительность, раскинувшуюся вокруг. — За то, что впустили меня в мир, о котором большинство людей даже не мечтает. За то, что показали мне мое место во всем этом. За то, что заставили меня чувствовать, что я не одинока.

— Вы никогда больше не будете одинокой. — Синклер взял Морин за руку и подвел ее ближе к источающим аромат роз зарослям. — Но вы должны перестать называть меня «лорд Синклер».

Тогда Морин улыбнулась и впервые назвала его «Берри», как раз перед тем, как он поцеловал ее.

На следующее утро в замок прибыл пакет для Морин. Его отослали из Парижа за день до этого. На нем не было обратного адреса, но он ей и не требовался, чтобы узнать, кто был отправителем. Почерк Питера она узнала бы везде.

Морин вскрыла пакет, с волнением желая узнать, что послал Питер. Хотя она не испытывала злости по отношению к нему за все, что он сделал, он мог этого еще не знать. Им требовалось некоторое время для извинений и серьезного обсуждения их общего прошлого, но Морин не сомневалась, что, пройдя через это, они будут близки, как никогда.

Морин вскрикнула от удивления и радости, когда увидела содержимое посылки. Внутри лежали фотокопии каждой страницы из записей Питера обо всех трех книгах Евангелий Марии Магдалины. Все его заметки были здесь, от первых копий текста до последних переводов. На первой странице, вырванной из одного из его желтых блокнотов с отрывными листочками, Питер написал:

«Моя дорогая Морин!

Пока я не могу все объяснить тебе лично, я доверяю их тебе. В конце концов, ты их законный хранитель, гораздо больше, чем те люди, которым я был вынужден отдать оригиналы.

Пожалуйста, передай мои извинения, а также мою благодарность остальным. Я надеюсь сделать это лично так быстро, как только смогу.

Я очень скоро свяжусь с тобой.

Питер».

…Прошло много лет, прежде чем у меня появилась возможность лично поблагодарить Клавдию Прокулу за тот риск, которому она подвергалась ради Исы. Трагедия Понтия Пилата и его решение выбрать Рим как своего господина не спасли его карьеру и, в конце концов, не пошли на пользу его амбициям. Ирод действительно отправился в Рим на следующий день после страстей Исы, но он не стал хорошо отзываться о Пилате перед императором. Как настоящий Ирод до мозга костей, он лелеял другой план, у него был двоюродный брат, которого он желал видеть на посту прокуратора. Он вливал яд в уши Тиберия, и Пилат был отозван в Рим, чтобы предстать перед судом за свои преступления, которые он совершил, пока был правителем Иудеи.