— Да, — отвечал Нефедов. — Мне стало известно, что фонд «Мишель Соти» недавно продал акции некоторых компаний. Я интересуюсь этими компаниями, и у меня есть несколько вопросов.
— Какие фирмы вас интересуют?
— ВВФ.
Картни внимательно разглядывал утку, которую официант вынимал из гриля, следил, как утку разрезают, кладут жареный картофель, морковь, зелень. Наконец официанты удалились.
— Бизнес мешает пищеварению, — заметил старик. — В моем возрасте самое главное — сохранять хороший аппетит. О делах потом.
Нефедов знал, что Картни мог говорить о делах где угодно. Значит, он не считал обстановку ресторана располагающей для подобной беседы.
Последовали мороженое для Сергея и персики, прокипяченные в коньяке, для его сотрапезника. Миллионер с годами явно не терял вкуса к жизни.
После ужина Картни предложил поехать к нему на виллу, выпить кофе и продегустировать редкие ликеры. Они сели в ожидавший у входа в гостиницу «мерседес» с шофером и через десять минут въехали в ворота усадьбы. Фасад трехэтажного дома был подсвечен прожекторами, скрытыми у подножия кустов, окаймлявших площадку перед домом. Дворецкий широко распахнул дверь, и они прошли в большое помещение библиотеки на первом этаже.
— Здесь нам будет спокойнее, — сказал хозяин.
Стены снизу доверху были уставлены книгами в богатых, сделанных на заказ переплетах. В одном из углов стояли просторный письменный стол с многочисленными стопками бумаг и большое плетеное кресло черного дерева. Сергей подошел к мраморному камину с нимфами. На полу стоял майоликовый горшок с ветвями цветущей вишни. Над камином висел оригинал Ренуара — большой портрет купальщицы. На столике справа раскосая балерина — статуэтка Дега.
— Зачем вам знать о ВВФ? — спросил напрямик Кар-тни, когда они уселись в кресла и приступили к дегустации.
— Мне известно, — отвечал Нефедов, — что его акции скупают, я знаю посредника, но не знаю, кто за ним стоит. В мире идет бурная транснационализация, о последствиях которой можно дискутировать, но она бесспорно опасна, когда затрагивает военную промышленность. Пройдет еще несколько лет, и нами будут править торговцы смертью. Если уже не правят.
Картни отпил глоток «гран-марнье». Это был особый образец, присланный ему как знатоку на пробу.
— Не знаю, откуда вам стало об этом известно, — заметил он, — но, как видно, у вас есть свои каналы. Не стану отрицать, ко мне действительно обращались с предложением продать наши активы в ВВФ. Но должен сказать, что я пока еще не дал согласия.
Сергей удивленно поднял брови.
— Вот видите, — продолжал Картни, — ваш источник несколько поторопился. А я не спешу. На то у меня есть разные соображения, в том числе и сентиментального свойства. Когда я был молод, у меня был пистолет, подарок отца, производства одной фирмы, впоследствии купленной ВВФ. Этот пистолет как-то спас мне жизнь. Не будем вдаваться в детали, но я всегда полагал, что должен оставаться верным бизнесу, который продлевает мне жизнь.
Картни раскурил большую сигару. Нефедов отказался.
— Вот видите, вы бросили курить. Должно быть, курение мешает вам жить. А меня отец, мать и господь бог сотворили таким, что вино и курение идут только на пользу. Поэтому я никогда не расстаюсь и с акциями двух очень крупных компаний: «Дистиллере» — производителя шотландского виски и «Рейнолдс» — гиганта табачного дела. Еще кофе?
— Спасибо, мне достаточно, — отвечал Нефедов.
— Боитесь, что спать не будете? А у меня и акции кофейных фирм тоже имеются. Ха-ха!
«Благотворительный фонд «Мишель Соти» подходит к вопросам здравоохранения комплексно», — подумал Нефедов.
— Но «Клейтон Бэринг энд К°» — не покупатель, а посредник, — заметил он вслух. — Кого же он представляет?
— На выяснение этого обстоятельства я потратил немало сил, хотя времени было в обрез, — отвечал хозяин дома. — Меня поводили за нос, но я нашел то, что искал.
И теперь я почти уверен: акции ВВФ останутся в нашем фонде. Хотя предложенная цена дала бы фонду немалый выигрыш.
Сергей почтительно глядел на старика, не решаясь его торопить.
— Мне не хотелось бы вас разочаровывать, — сказал Картни, прерывая молчание, — но я не могу удовлетворить ваше любопытство. Дело, которым вы занялись, крайне опасно, в том числе и для вас лично. Кроме того, я связан словом. Те, кто раскрыл мне источник интереса к ВВФ, боятся потерять доверие, которым ныне пользуются. Это было бы непростительно и для них, и для меня.
Нефедов в досаде сжал губы. Он обдумывал, сделать ли еще один шаг.
— Как вы относились к Нордену? — спросил он, решившись.
Старик поднял на него глаза и несколько минут внимательно всматривался, как бы читая его мысли.
— Вы полагаете, что это имеет отношение к делу? — спросил он с сомнением в голосе.
— Я бы не исключал этого, — твердо сказал Сергей.
Картни поднялся с кресла. Нефедов тоже встал.
— Я бы дал вам совет, — сказал старик. — Не торопитесь. Все должно происходить естественно. Придет время, и все тайное станет явным.
