Тайна подземного хранилища полностью

И даже без своих слуховых аппаратов он мог слышать каждое слово.

– Коллекционер, – сказал голос справа.

– Коллекционирует что? – спросил голос слева.

– Маленькие вещи, – ответил первый голос, что был чуть-чуть выше. – В половине маленькой комнаты.

– А, комната с красными шторами.

Вэн судорожно вздохнул.

– Вы о моём макете? – прошептал он почти так же тихо, как голоса.

Обе крысы замерли.

– Это миниатюрная сцена, – продолжил Вэн. – С занавесом.

– А, – выдохнули обе крысы и, похлопывая по нему лапками, замолчали.

– Вы… вы читаете мои мысли? – спросил Вэн.

– Не умеем читать, – ответила первая крыса.

– Мы крысы, – пояснила вторая.

– Нет, в смысле… вы слышите, что я думаю? Как вы узнали о моей коллекции?

– Лемуэль видел, – сказала крыса с чуть более низким голосом. – Серафина видела.

– Я не знаю никого по имени Лемуэль. Или Серафина.

– Лемуэль ворон, – сказала крыса. – И паучиха Серафина.

– Они за мной наблюдали?

– Наблюдают.

– Радуслав, – вмешалась крыса с более высоким голосом. – Ты рассказываешь секреты.

– Глупые секреты, – ответил Радуслав. – Он не лжец, Виолетта.

– Да. Пахнет правдой, – сказала Виолетта, нюхая мочку уха Вэна. – Кажется правдой.

– Эм… Виолетта? Радуслав? – Вэн кивнул в сторону спорящих взрослых. – Что они собираются со мной делать?

– Не знаем, – ответил Радуслав.

– Что-то, – добавила Виолетта.

Вэн сглотнул комок в горле.

– Они сделают мне больно?

– Нет, – ответил Радуслав. – Просто запрут.

– Запрут? – пискнул Вэн.

– Возможно, – сказал Радуслав. – Возможно, навсегда. Возможно, нет.

– Где твоя машина? – спросила Виолетта.

– Моя машина?

– Маленькая синяя машина.

– О, мои слуховые аппараты. Дома. Поэтому я и не слышу сейчас, что взрослые обо мне говорят.

Обе крысы опять застыли. Затем Виолетта спрыгнула вниз и побежала к Гвоздю. Вэн смотрел, как она хватается за полу его пальто. Вскарабкавшись ему на плечо, она что-то сказала ему в ухо.

На лице Гвоздя что-то промелькнуло.

В следующую секунду он встал между Вэном и камином, закрыв его своей тенью.

– Вэн Марксон. – Гвоздь сел на корточки, и их глаза оказались на одном уровне. Вторая крыса перепрыгнула ему на плечо. – Когда я так близко, ты меня понимаешь?

– Когда я вижу ваше лицо – да, – ответил Вэн. – И ещё лучше, если в комнате будет очень тихо.

Гвоздь бросил взгляд на остальных.

– В комнате будет тихо, – пообещал он и вновь повернулся к Вэну.

Огонь в камине очерчивал его силуэт, и от этого его скулы казались ещё острее, чем обычно.

– Мы знаем, что ты сделал, – медленно произнёс он.

Синяя бутылочка. Желудок Вэна сжался. Голова была готова взорваться. Он покосился через плечо и поймал сердитые взгляды Валета и его компаньонов. Бежать было некуда.

– Я не…

Но Гвоздь не дал ему договорить.

– Мы знаем, что ты сделал. Кого ты видел.

Мысли Вэна разбегались.

– Птенца дрозда? Дрозды тоже на вас работают? Потому что я просто…

– …поласкает, – прервал его один из мужчин. Поласкает? Слишком много знает?

– …не гоже нудно вспять, – прорычал Валет. Не можем ему доверять.

Гвоздь поднял руку, останавливая его.

– Ты кому… рил о нас?

– Нет! – пискнул Вэн. – Я никому о вас не говорил! Клянусь!

– Напуган, – тихо, но отчётливо произнесла Виолетта.

– И немного виноват, – добавил Радуслав. – Но не лжёт.

– Да! – обрадовался Вэн. – Видите? Я не лгу.

Все замерли.

Уголки рта Гвоздя приподнялись, хотя это не было похоже на настоящую улыбку. В комнате стало так тихо, что слова, казалось, отражались от стен.

– С кем ты разговариваешь, Вэн Марксон?

Вэн в ужасе уставился на Гвоздя.

– Скажи, что ты знаешь, что мы коллекционируем, – прошептала Виолетта.

– Я знаю, что вы коллекционируете! – в отчаянии воскликнул Вэн. – Я знаю о желаниях!

В комнате стало ещё тише. Никто не производил ни звука, никто не дышал, словно всё помещение запечатали в бутылку из блестящего стекла.

До Вэна с запозданием дошло, что это была проверка. И он её прошел.

Или провалил.

Все смотрели на него. Прошла долгая, холодная и тихая минута.

– Итак. Он знает, – сказал Гвоздь, и его глубокий голос словно вернул всех к жизни. – Он слышит Созданий. И он знает.

Потянулась ещё одна тихая минута. Вэн едва мог дышать. Его лёгкие будто съёжились до размеров черносливин и прилипли к грохочущему сердцу.

– Разве не в наших интересах, – продолжил наконец Гвоздь, – иметь на нашей стороне кого-то вроде него – кого-то, кого видят, но не замечают?

Коллекционеры переглянулись и разом заговорили, обмениваясь фразами, которые Вэн не мог уловить. Вжавшись в кресло, он смотрел, как они окружили большой деревянный стол. Гвоздь что-то писал на бумаге. Затем взрослые разошлись в стороны, и Гвоздь неторопливо вернулся к Вэну.

– …может быть ошибкой – доверять тебе, – сказал Гвоздь, наклоняя к Вэну каменное лицо с острыми чертами – …зависеть от тебя. Докажи, что ты нам не враг. – Его голос стал ниже. – Иначе нам придётся относиться к тебе, как к врагу.

– Да, – торопливо согласился Вэн. – Я всё сделаю. Я докажу.