И вот сейчас, сидя в камере тюрьмы Луис, он вспоминал, как рассмеялся тогда. Он чувствовал себя хозяином своей судьбы и чувствовал, что поступил правильно. Он восстанавливал то, что было поломано, он творил справедливость.
Справедливости не существовало. Теперь он точно это знал.
Его высокий судорожный смех отразился от голых тюремных стен.
