Свет падал из окна, и казалось, что ее белое с золотом платье и белые же волосы с золотыми шпильками едва уловимо сияют в солнечном свете.
– Я ни разу не видела твой… – я запнулась, подбирая уместное слово, – твой дар. Ты тоже можешь устроить половодье посреди лета? Или…
Принцесса отрицательно покачала головой.
– Мой талант довольно редок и незаметен взгляду. – Она протянула руку, обхватывая мое запястье. – Я покажу тебе.
На шее ее висел объемный хрустальный кулон. Вода скользнула из него тонкой, искрящейся на солнце змейкой. Она пробежала по пальцам принцессы на мою руку и свернулась клубком на царапине. После юркнула под платье, подбираясь к медленно сходящим синякам, каждый вечер перед зеркалом напоминавшим мне о той ночи на берегу озера.
Я взглянула на запястье, уже догадываясь, что я там увижу. Ничего. Царапина исчезла.
– Мне очень жаль, что я не умею исцелять душевные раны так же легко, как повреждения тела, – тихо и с искренней горечью произнесла принцесса. – Но я рада, что теперь могу помочь тебе хотя бы так.
– Теперь? – Я мысленно ухватилась за насторожившее меня слово.
– Существует запрет, по которому мы не имеем права использовать магию на обычных людях, во вред или во благо. Чтобы не провоцировать конфликт между Старыми и Новыми Богами, простые смертные не должны догадываться о нашем существовании. – Принцесса взглянула в окно. – В этом замке столько людей, а я никому не могу помочь… Семья не поймет, если я лишусь дара, спасая кого-то из них. Я и так приношу им одни разочарования.
– Но я тоже человек.
– Ты невеста альва, мать полукровки, с самого начала в тебе не было ничего обычного…
Я чуть крепче сжала ее тонкие пальцы.
Теперь, когда я лучше понимала события, происходящие в замке, становилось очевидной необходимость обезопасить себя – о новой жизни, что уже существует внутри меня, я пока старалась не думать – и спасти принцессу, запертую в башне из долга и вины перед собственной семьей.
* * *Он приоткрыл дверь в спальню, пользуясь тем, что прошел в дом совершенно незамеченным.
Она сидела на кровати, как-то нелепо, по-детски обнимая подушку. Голые ступни, спутанные волосы, взгляд без проблеска узнавания.
– Привет, Ванесса. Давно не виделись. Все вспоминаю нашу прошлую встречу двадцать пять лет назад… Может, повторим?
Она шарахнулась от него с испуганным криком, пришлось нелюбезно запечатать рот ладонью. Она билась в его руках, и в глазах ее застыл невыразимый ужас.
– Да успокойся ты, я пошутил. – Он демонстративно отнял ладонь и отошел.
Она отпрянула от него, вжимаясь спиной в спинку кровати. Длинное платье, похожее на ночную рубашку, нелепо задралось, обнажая босые ноги.
Ванесса и сейчас была стройна и красива, а уж двадцать пять лет назад… Тому, кого она призвала тогда, очевидно, повезло.
– Кто ты?
– Я – гнев Идриса. Ты ведь знаешь эту историю?
Ванесса молча смотрела на него. Грудь ее подымалась и опускалась в такт прерывистому дыханию.
