К о м и с с а р ж е в с к а я (читает ответ Чехова). «Ваше желание для меня свято… Только ради создателя, не ставьте этого в зависимость от нового театра. Вы ведь артистка, а это то же самое, что хороший моряк: на каком бы пароходе, на казенном или частном, он ни плавал, он всюду — при любых обстоятельствах — останется хорошим моряком». (Отрываясь от письма.) Неужели вы так ничего и не поняли? Я так надеялась, ждала… (Продолжает читать.) «Пьеса задумана, правда, и название ей у меня уже есть («Вишневый сад» — но это пока секрет)… Если я отдаю пьесу в Художественный театр… пьеса поступает в его исключительное распоряжение»… (Отрываясь от письма.) «Исключительное распоряжение»… Конечно же Станиславскому отдаст… и надеяться нечего было. (Продолжает читать.) «Не написать ли мне для Вас пьесу? Не для театра того или другого, а для Вас. Это было моей давней мечтой». (Отрываясь от письма.) Милый Антон Павлович!.. Как бы я хотела увидеть вас, мне так надо о многом поговорить с вами!.. (Снова пишет письмо.) «Я хочу, чтобы открытие театра было связано с Вашим именем… Мне ли надо Вам говорить, сколько у меня врагов, но есть такие люди, которые, я верю, помогут мне… Я хочу, чтобы Вы были первый… Вы должны почувствовать, как я волнуюсь и как мне нужно Ваше слово и согласие. Напишите же что-нибудь…»
Ч е х о в (пишет письмо). «Пишу Вам это с легкой душой, ибо глубоко убежден, что мой «Вишневый сад» для Вас совсем не подходит. Если Вы прочтете, то сами убедитесь…»
К о м и с с а р ж е в с к а я. Где же мне взять пьесу, ну посоветуйте хотя бы?
Ч е х о в. Мечтательница!.. Ее ведь только на один месяц хватит… Через месяц же пропадет всякий интерес к ее театру.
З а т е м н е н и е.
Когда снова свет, на заднике вырисовывается фасад театра Комиссаржевской в Пассаже. Несколько фонарей белеют инеем. Ближе к авансцене круглая вращающаяся тумба. На ней расклеены афиши:
«Кукольный дом» («Нора»). Драма в трех действиях Г. Ибсена.
«Дачники». Сцены в четырех действиях М. Горького.
«Авдотьина жизнь». Драма в четырех действиях С. А. Найденова.
«Бесприданница». Драма в четырех действиях А. Н. Островского.
«Строитель Сольнес». Драма в трех действиях Г. Ибсена.
Поздний зимний вечер. У тумбы с афишами несколько с т у д е н т о в и г и м н а з и с т о к, они оживленно спорят.
1-й с т у д е н т. Комиссаржевская защитница всех обездоленных… Ведь очень важно пробудить в людях сознание собственного достоинства…
2-й с т у д е н т. Честь ей и слава!.. Честь безумцу, который навеет человечеству сон золотой…
1-й с т у д е н т. Какой уж там «сон», когда кругом все бурлит… «Дачников» Горького запретили явно по политическим мотивам, хотя на афише сказано «по болезни Комиссаржевской».
3-й с т у д е н т. Это гнусность, господа, запрещать то, что вызывает в человеке лучшие, благородные чувства…
1-й с т у д е н т. Мне удалось попасть на первое представление… видел Горького… Часть публики устроила ему обструкцию… Свистели, шикали…
3-й с т у д е н т. Те самые «тусклые человечки»… И понятно… Горький бросил им вызов… Довольно, стыдно жить так, как мы живем!..
1-й с т у д е н т. Это хорошо, что обиделись… Пробрало, значит… Все же должны разрешить спектакль, не посмеют…
Продолжают тихо разговаривать.
В стороне с т у д е н т и г и м н а з и с т к а.
Г и м н а з и с т к а. Гран мерси за билеты, Жан… Комиссаржевская меня просто потрясла!..
С т у д е н т. Одним «мерси» вам не отделаться… Поцелуй!..
Г и м н а з и с т к а. Ну если только в щечку, и то один раз…
С т у д е н т. Ужасный утилитарный век… приходится довольствоваться малым…
Г и м н а з и с т к а. Теперь я знаю, что делать… убегу из дома, стану тоже актрисой.
С т у д е н т. Бунт всегда и везде начинает первой женщина…
Продолжают тихо разговаривать.
Входят к р и т и к и.
П р о н и ц а т е л ь н ы й. Они сутками простаивают, чтобы попасть на спектакли Комиссаржевской…
С н и с х о д и т е л ь н ы й. Чему же здесь удивляться? В игре госпожи Комиссаржевской есть что-то демократическое… полуплебейское, собственно говоря. Очевидное духовное родство с фельдшерицами и курсистками…
