— Что-то не пойму, с утра какое-то состояние, ничего не хочется делать.
Полковник хотел ему сообщить, что это состояние ему знакомо и близко на данный момент, но воздержался, чтобы окончательно не лишать Роджера работоспособности.
— Уже две чашки черного кофе выпил, но не могу собраться. Сейчас бы на зеленой лужайке полежать, — признался Роджер.
— Давай не расслабляйся. Что у нас на сегодня?
— Оперативная информация о событиях на юго-востоке Украины, а также закрытая информация СБУ о боевой готовности авиачастей.
— Вот с этой информации и начнем, — опустился в кресло Полковник.
На ознакомление и осмысление всей информации ушло часа два. По отдельным позициям были подготовлены вопросы и задания обслуживающим сотрудникам, которых курировал Роджер.
— Кажется, на сегодня все, — предположил он.
— Пожалуй, — согласился Полковник. — Когда будут данные расчетов о возможном месте падения самолета?
— По договору, на основе которого авиационный специалист делает расчеты для киностудии, мы его получим через неделю. Потом передадим специалисту из Пентагона, он, на основании наших данных о самолете и оружии, внесет уточнения. На это требуется дней пять, не более.
— Генерал рекомендовал этого специалиста?
— Да, я обратился к нему от имени Майкла, а когда уходил, генерал просил передать тебе привет.
— Вот болтун, — сказал Полковник, но в его словах не было ни упрека, ни злости. — Захотел показать свои аналитические способности.
Вошла Саманта с папкой. В отличие от мужчин, которых упорно тянуло ко сну, она излучала энергию и уверенность.
— Ник для Майкла сделал подборку и перевод российских газет по Крыму. Майкл включил вас в список людей, которых надо ознакомить.
Саманта положила папку на стол и собиралась выйти, но похоже, что Роджер проснулся.
— Саманта, кроме людей, в этом списке кто еще?
Саманта с упреком посмотрела на Роджера, выдержала паузу и нарочито серьезно сказала:
— Есть еще должности.
— Да-а-а, и можно узнать поподробней об этой личности, скрывающейся в разделе «должность»?
— Например, секретарь-советник. Мне передать Нэнси, что ты проявлял к ней повышенный и настойчивый интерес?
— Только не это, — шутливо взмолился Роджер, — не губи мою еще относительно молодую жизнь.
— Ладно, пожалею, — согласилась она, но задумалась. — За это ты привезешь мне из Киева торт или что-нибудь еще интересное.
— Могу привезти тебе кучу воспоминаний и осыпать тебя ими.
— Оставь их себе, мне доставь что-то реальное, натуральное и сладкое.
Неожиданно выражение лица Роджера изменилось, он словно о чем-то догадался:
— А с чего ты вспомнила о Киеве?
— Так велено тебе передать, что скоро тебе в дорогу, — Саманта широко улыбнулась и вышла из кабинета.
Полковник всегда с удовольствием наблюдал за словесными баталиями Саманты и Роджера, в них не было злобы и желания показать свое превосходство.
— Ты будешь читать? — Полковник показал на папку.
— Сегодня прием информации закончен. Что нового напишут русские? Крым не отдадут, полуостров превратят в непотопляемый авианосец. Оборудуют побережье, установят новые радиолокационные станции, перебазируют авиацию, усилят флот. Это очевидно. Возьмут под полный контроль Черное море и еще часть, если не все, Средиземное море.
Роджер махнул рукой, собираясь выйти, но Полковник остановил его вопросом:
— Думаешь, Украина согласится на потерю Крыма?
Роджер с грустью посмотрел на Полковника.
— Надо было иметь мозги, вернее надо было иметь немного мозгов, а не только националистический угар, сохранили бы Крым.
— Ты говоришь как российская пропаганда, — с иронией заметил Полковник.
— Мы обязаны говорить правду в своей среде, чтобы не ошибиться. А наши политики их подпевалы из СМИ будут говорить все, что их оправдывает. У нас диаметрально противоположные задачи. Мы говорим, чтобы не ошибиться, а они говорят, чтобы скрыть ошибку.
— Интересная формулировка.
— Главное, чтобы Обама и Госдеп о ней не знали.
— Гарантирую.
— Тогда, если не возражаешь, я пойду заниматься текучкой?
Роджер вышел, оставив Полковника в раздумье. Роджер сказал много того, с чем Полковник был согласен. Действия русских в начале года не предполагали присоединения Крыма, но болтливая киевская власть выложила все свои мечты, в которых места России не было. Это означало, что российский флот в очень ограниченное время лишился бы своих военных баз, а русское население было бы подвергнуто значительному притеснению. После этого с Россией можно было не считаться, она должна была потерять надежду встать с колен и иметь собственный голос.
