Может быть, это помешало собравшимся ответить на предложение пьяного молодого мужчины, и разговор ненадолго оборвался.
Рэтт Батлер вздохнул с облегчением, ведь ему было нестерпимо жаль красивую молодую женщину.
Та скользила по присутствующим взглядом, словно бы пыталась найти поддержку, но единственный, кто за сегодняшний день сказал о ней хоть какое-нибудь хорошее слово — пожилой испитый джентльмен — тут же отвел глаза, встретившись с ее просительным взглядом.
А муж, успевший за эти секунды замешательства подлить себе еще виски в кашу, внезапно рассмеялся, вновь привлекая к себе всеобщее внимание.
То ли голова у него была такая крепкая, то ли он умело держал себя в руках, но мужчина не казался пьяным.
Он вновь подхватил прежнюю тему:
— Ну, так как же на счет моего предложения, господа? Эта женщина мне абсолютно ни к чему, кто польстится на нее? Она красива, знает толк в любви.
Присутствующие к этому времени явно захмелели, во всяком случае большинство из них, и теперь вопрос был встречен всеобщим одобрительным смехом.
Не смеялся лишь один Рэтт Батлер. Его глаза зло сузились.
Но если чего-нибудь в жизни и боялся Рэтт Батлер, так это показаться смешным в глазах окружающих. Он мог позволить себе все, но только не это. А ему было понятно, что если он вмешается, то и на него обрушится град насмешек.
А женщина зашептала что-то своему мужу умоляюще и встревоженно. Смех моментально стих. Всем было интересно узнать, что же собирается сказать женщина своему мужу.
— Идем, уже темнеет, Майкл.
— Хватит болтать!
— Если ты не уйдешь, то я уйду без тебя. Идем!
Она ждала, но тот не двигался.
Не прошло и пяти минут, как ее муж вновь вернулся к своему предложению. Сказалось наверное и то, что он успел за это время пропустить пару стаканчиков виски.
— Господа, я ведь задал вопрос, а ответа так и не получил. Есть здесь кто-нибудь из приличных людей, кто купит мой товар?
И тут в поведении женщины произошла перемена, и на ее лице появилось выражение сумрачной отрешенности.
— Майкл! Майкл, — сказала она, — это становится серьезным, слишком серьезным!
— Так желает кто-нибудь купить ее? — выкрикнул мужчина, поднимаясь из-за стола.
Женщина наклонилась, а потом внезапно отбросив назад волосы, выкрикнула:
— Хотела бы я, чтобы кто-нибудь меня купил!
— Я не шучу, — твердо заявила она. — Нынешний владелец мне совсем не по вкусу.
Ее губы расплылись в презрительной улыбке, она испепеляющим взглядом смотрела на мужа, но тому все было ни по чем.
Побродив по ярмарке, Гарри Купер очень скоро убедился, что Билла Карлсона на ней нет. Ведь у него в руках была очень четкая примета.
Билл Карлсон был одноглазым, второй глаз вот уже пять лет закрывала черная кожаная повязка.
Гарри обошел все закоулки ярмарки, заглядывал в лица, недовольно кривился. Он понял, что зря потерял время.
Но только лишь Гарри собрался уходить, как остановился.
«Может, я все-таки что-то пропустил? Может, эта скотина нализался и спит где-нибудь под забором?»
И Гарри пошел искать.
Солнце уже клонилось к западу. Ряды торговцев заметно редели.
Там, где торговали скотом, начиналась какая-то заваруха. Раздавались смех, выкрики, но Гарри Купер уже достаточно побыл на ярмарке.
Он отправился устраиваться в отель.
— Ничего, — говорил себе мужчина, поправляя свою черную шляпу и разглаживая тонкие черные усики, — завтра, если он только в этом городке, я его разыщу.
«Странно только, сколько я не расспрашивал людей, никто не видел прибывшего военного фургона. Как будто он сквозь землю провалился. Но ведь с этой дороги никуда не свернешь в сторону, а я не обгонял его. Единственное, если фургон где-нибудь перехватили грабители, а Билла Карлсона пристрелили. Тогда я останусь ни с чем».
Гарри Купер недовольно скривился и залез на лошадь.
Он подскакал к самому крыльцу отеля, передал поводья конюху и, бросив монету, приказал напоить и накормить животное.
В холл отеля Гарри вошел одновременно со служащим салуна и нос к носу столкнулся с хозяином. Пока тот интересовался, какой номер желает занять приезжий гость, Гарри Купер провел взглядом по залу.
И на его лице появилась зловещая улыбка. Он увидел сидящего к нему спиной Мигеля Кастильо.
Через кудрявую голову Мигеля тянулась черная кожаная повязка, закрывавшая один глаз, а на плечи был наброшен мундир сержанта.
Гарри Купер, стараясь казаться абсолютно спокойным, небрежно спросил у хозяина.
— А кто это такой? — и показал на Мигеля.
Хозяин прищурился.
— Извините, сэр, я не понял, о ком вы?
— Вот тот, в форме сержанта.
Хозяин пожал плечами.
— Не знаю, он только сегодня приехал.
Гарри Купер молча достал монету и положил перед хозяином, тот одной рукой ловко опустил монету в карман, а второй быстро полистал регистрационную книгу.
— Секундочку. Вот. Это сержант Билл Карлсон.
— Он прибыл с армейским фургоном? — спросил Гарри.
— Не знаю, фургона я не видел. Они вдвоем.
— А его приятель молодой симпатичный мужчина, не так ли? Как это его зовут, напомните мне.
Хозяин замялся.
Гарри вынул вторую монету.
Хозяин, не заглядывая в книгу, сказал:
— Рэтт Батлер.
