— Зря вы так, Дарья Сергеевна… — заметил Степан Маркович. — Вот давеча отдыхали мы в славной компании… Ну, девки дворовые, то да сё… Решили пригнать новых баб из ближайшей деревни. Как полагается, отрядили гонцов. И что вы думаете? Мужики взялись за дубины и топоры, отметелили их и прогнали… И вернулись те побитые и без баб. Это я к тому, что всегда надо помнить о возможности крестьянского бунта…
«Вот оно как!» — встрепенулась Даша, вспомнив о сожжённой деревне.
— И что теперь будет? — тихо спросила она.
— С кем? — не понял Степан Маркович.
— Ну, с теми мужиками, что защитили своих женщин… — пояснила Даша, впившись в него взглядом.
— А, это… — махнул рукой Степан Маркович. — Да на днях должны явиться солдаты и стереть деревню с лица земли… Огнём их надо выжечь, огнём… Чтобы другим неповадно было!
— Только попробуйте! — вдруг закричала Даша и вскочила из-за стола. — Только посмейте!
«А что я им сделаю? — лихорадочно заметалась мысль в её голове. — Как их остановить?»
У гостей от удивления отвисла челюсть — они считали Дарью Сергеевну «своей», а тут такая оказия.
— Вы о чём, дражайшая Дарья Сергеевна? — вкрадчиво поинтересовался Степан Маркович.
— О том, что теперь мне известно о ваших намерениях! — продолжала возмущаться Даша. — И если с деревней что-то случится, то я пожалуюсь… губернатору или даже выше! Должна же быть на вас какая-то управа!
Она выкрикнула первое, что пришло на ум, но, похоже, её угроза возымела действие. Во всяком случае, у помещиков вытянулись лица и испуганно забегали глаза.
— Вы ли это, Дарья Сергеевна? — наконец, подал голос Степан Маркович, и в нём отчётливо прозвучали неприятные металлические нотки. — Я вас просто не узнаю…
— И не надо! — вскинула голову Даша. — Насчёт деревни я вас предупредила! Так и передайте своим… друзьям…
Она чуть не сказала «подельникам».
Похоже, назревала крупная ссора.
— Господа, господа, давайте сменим тему разговора… — поспешно вмешался Егор Афанасьевич, который ужасно не любил конфликтов и боялся их как огня.
Даша бесстрашно выдержала тяжёлый мрачный взгляд Степана Марковича.
— Извольте… — наконец, вымолвил тот, вытерев платком изрядно вспотевший лоб. — Давайте поговорим о чём-нибудь другом… Но вы же понимаете, Егор Афанасьевич, что рано или поздно нам придётся вернуться к этой теме…
— Как думаете, милейшая хозяюшка, не пора ли нам затеять нечто новенькое? — с наигранным энтузиазмом поинтересовался Егор Афанасьевич.
— Я вас не понимаю… — поджала губы Даша — ей вовсе не хотелось обсуждать с ними какие-то пустяки. — Что вы имеете в виду?
— Да, интересно было бы узнать, что вы там придумали… — прихлёбывая из чашки, отозвался Степан Маркович.
— Я имею в виду крепостной театр… — продолжил мысль Егор Афанасьевич. — Почему бы нам, соседям, общими усилиями не организовать такое развлечение?
— И опять взад-вперёд гонять несчастных крепостных? — буркнула Даша, которая совсем не старалась казаться любезной.
Оба гостя рассматривали её, как диковинного зверька. Внезапно беседа была прервана. На веранду вбежала деревенская баба и бросилась в ноги хозяйке.
— Барыня, матушка, не гневайтесь! — воздела она руки к небу. — Помогите, Христа ради…
— Господи, что случилось? — бросилась к ней Даша, поднимая её с колен. — Говори толком!
— Барыня, матушка… — завыла баба. — Мужик мой помирает… С крыши упал… Крышу-то — будь она неладна! — чинил, да не удержался… И на кол напоролся…
— Я сейчас срочно пошлю к нему доктора! — засуетилась Даша. — Беднягу, наверное, надо будет везти в больницу… Эй, кто-нибудь!
— Звали, барыня? — на веранде показался вечный страж Прокоп — молчаливый кряжистый мужик с окладистой бородой, который везде ходил со своей неизменной плетью и был готов тотчас же исполнить любое приказание хозяйки.
— Вели заложить лучших лошадей и немедленно отправляйся в деревню с этой женщиной! — сбивчиво распорядилась Даша. — И доктора позвать, моего доктора! Скорее! Пусть едет в деревню к раненому мужику!
Прокоп бросился исполнять приказание.
— Дарья Сергеевна, из-за чего такой переполох? — изумлённо спросил Егор Афанасьевич. — Из-за простого крестьянского мужика?
— А, по-вашему, он что, не человек? — вскипела Даша. — И его не надо спасать?
Вместо ответа гости молча поднялись.
— Позвольте откланяться, — сухо проговорил Степан Маркович. — Похоже, тут и без нас дел хватает…
— Желаю здравствовать, Дарья Сергеевна, — вежливо кивнул Егор Афанасьевич.
И они направились к выходу. При этом даже их спины, казалось, излучали обиду.
— Не забудьте о моём предупреждении насчёт деревни! — крикнула им вдогонку Даша, окончательно ставя крест на их некогда дружеских отношениях.
«Пусть думают, что хотят, — мысленно плюнула она. — Хотя, похоже, надо быть осторожнее… Не всем по сердцу мои нововведения… Но, надеюсь, прежде чем они решат пойти на меня войной, я успею отсюда улизнуть… А сейчас главное — помочь этому несчастному мужику… Если только мы успеем…»
— Наша дражайшая Дарья Сергеевна стала очень странной… — задумчиво проговорил Степан Маркович, когда они с Егором Афанасьевичем вышли из дома. — Вы не находите?
