– Катя, присядь, – Вера Михайловна сразу уловила ее недовольство.
– Вы к нам с новостями? Уже раскрыли преступление? – спросила Катя насмешливо, продолжая чистить овощи.
– Информации много, но выводы делать рано, – спокойно ответил Борин. «И что же ты так агрессивно настроена, девочка? – подумал он. – Как же этому наемнику удалось задурить тебе голову?»
– Катя, ты ведешь себя крайне невежливо, – Вера Михайловна укоризненно посмотрела на дочь.
– Вера Михайловна, вы хорошо знаете семью Шустовых? – Борин решил, что тратить время на выяснение отношений не будет.
– Семью? Сергея – очень даже хорошо, – она невольно поморщилась. – С Аллой Арсентьевной встречалась в основном на школьных собраниях. Несколько раз видела и деда Сергея – генерала Леонтьева.
– А мужа Аллы Арсентьевны?
– Мужа? Нет, с ним я не знакома. Мне кажется, он как-то не присутствовал в их жизни. Хотя, могу ошибаться.
– Да, мама Вера, ты ошибаешься. Сергей виделся с отцом, – Катя, наконец, присела на диван. – А почему вы им интересуетесь?
– Он жив? – вместо ответа на ее вопрос задал свой Борин.
– По крайней мере, несколько месяцев назад был жив и здоров. Хотя, несколько потрепан.
– Катя! – возмутилась тоном дочери Вера Михайловна.
– Что вы имеете в виду?
– Я не знаю, где живет отец Сергея, но по его виду не скажешь, что шикует. Последний раз я его видела в старой куртке Сергея, которую тот якобы отнес на помойку. Впрочем, спрашивайте лучше моего бывшего мужа, вот он, кажется, пришел, – добавила она.
По мнению Борина, потрепанным выглядел именно Шустов-младший. Ясно было, что он провел бессонную ночь. Мутный взгляд покрасневших глаз тревожно перескакивал с лица Веры Михайловны на Борина. Катю он как будто не замечал. Поздоровавшись кивком головы, Шустов примостился на край стула, но тут же вскочил. Наконец, выпив залпом стакан воды, остановился, прислонился к холодильнику и скрестил руки на груди. Борин отметил, что рукава его светло-коричневого пиджака засалены донельзя, а на майке, прямо у ворота, темнеет жирное пятно.
– Что? Что еще случилось?! – нервно спросил он, обращаясь почему-то к теще.
– Успокойся, Сергей, – укорила его та.
– Да, Сергей Георгиевич, вы бы как-то не мельтешили, – не выдержал Борин. – Вам всего-то и нужно будет – ответить на несколько вопросов.
– Почему я должен?! Опять?! Оставите вы меня в покое?! Уже и к жене нельзя прийти!
– Нет проблем, Шустов. Я сейчас выпишу вам повестку…
– Нет!
– Нет, так нет. Присаживайтесь. Вы, Сергей Георгиевич, помните о своем долге Кащееву?
– С каких это пор полиция интересуется должниками бандитов? Или вы что, долги из меня пришли выбивать?
– Шустов, вы сейчас договоритесь лишь до того, что вам придется прийти для продолжения разговора в следственный комитет.
– Сергей, не истери! Все равно Леонид Иванович вытрясет из тебя показания! – опять насмешливо проговорила Катя.
– Катя! – Вера Михайловна никак не могла понять поведения дочери.
– Какие показания?! – совсем растерялся Шустов.
– Давайте вернемся к теме нашего разговора. О долге, как я понял, вы помните. Отдавать когда собираетесь?
– Скоро. Ну, месяц-два.
– И откуда вы возьмете деньги, Сергей Георгиевич?
– Да вам какое дело?! – возмутился было Шустов, но, посмотрев на Борина, успокоился. – У нас с матерью равные доли в квартире. Я решил продать свою. Поймите, нет у меня другого выхода! Знаете, кто такой Кащей? Страшный человек! Мне не жить, если что! А мать… Она не дает мне денег! Хотя они у нее есть! А так – объявлю о продаже, у нее преимущественное право, она не захочет разменивать квартиру деда! И отдаст мне мою половину, я рассчитаюсь с Кащеевым, куплю маленькую квартирку.
– Что, тебя Светочка обратно не пускает, да? – Катя рассмеялась. – Прогадал, ты, Шустов, бросая ее!
– Можно, Катя, отношения с мужем вы будете выяснять после моего ухода, хорошо? – Борин посмотрел на часы. – Долго я вас не задержу, Шустов. Вы хорошо помните своего деда?
– Деда? Генерала? Конечно. Я любил его.
– Что вы о нем знаете?
– Не понимаю, зачем вам… Дед служил в органах. Конечно, о работе своей не распространялся. Не знаю я ничего, если вас именно это про него интересует.
– Дед вам не говорил ни о каких документах, связанных с фамилией Хмелевские?
– Мне?! Кто такие Хмелевские? Хотя, что-то знакомое… А разве он мог хранить какие-то документы дома? Нет, я ничего не знаю. Мать, может быть…
– С Аллой Арсентьевной я уже побеседовал. Дело в том, что из дома пропали некоторые документы, оставленные генералом Леонтьевым.
– Я не брал! – твердо и с явным облегчением произнес Шустов. – Вы бы поинтересовались лучше у мамочкиного любовничка. Черт его знает, что за тип! Видел его только раз – мой ровесник почти. Позорище!
– А где сейчас ваш отец? – резко сменил тему Борин.
– Папа? При чем здесь он? Вы его подозреваете? Как он-то в дом мог попасть?
– Где он сейчас живет? Когда вы виделись в последний раз?
