— Западная Европа. К сожалению, большинство из европейских стран, которые могли бы быть нашими равноправными партнерами, остаются, по словам Бжезинского, "американским протекторатом, при этом союзные государства напоминают древних вассалов"; это "главный геополитический плацдарм" США в Евразии. Еще недавно Европу объединяли с США интересы обороны от СССР, теперь же — стремление совместно удержать уровень жизни "золотого миллиарда". В Германии, кроме того, политическая элита выпестована под колпаком американской оккупации. Поэтому Бжезинский прав: "Любое расширение европейского политического пространства автоматически приводит к росту влияния США". Но с важной оговоркой: если только "это не приведет к созданию настолько интегрированной в политическом плане Европы, что она сможет бросить вызов Соединенным Штатам в вопросах геополитической важности"; для предотвращения этого "Вашингтон должен более тесно сотрудничать с Германией и Францией в построении такой Европы, которая оставалась бы связанной с Соединенными Штатами". То есть Америку устраивает далеко не всякое объединение Европы: не союз европейских национальных государств, а объединение национально и духовно разложенных (американизированных) территорий. Если северо-американские штаты возникли как продолжение национальных государств Западной Европы, то теперь США стремятся сделать родственную Европу продолжением своей космополитической цивилизации. (Как и промежуточную между Великобританией и США Канаду, и Австралию, которые в этом смысле уже давно освоены "мировой закулисой".)
Для противодействия этому Россия должна поощрять здоровый национализм отдельных европейских государств и развивать отношения прежде всего с ними, а не со структурами "объединенной Европы". Это возможно в опоре на антиамериканские культурно-национальные настроения, охватывающие до половины населения европейских стран. Бжезинский преувеличивает привлекательность «примитивизма» американской культуры — в Европе еще далеко не все население примитивно. Правда, отмеченное выше духовное непонимание России западным человеком создает удобную почву для антирусской пропаганды: национально-консервативные силы на Западе часто заражены мифами о "традиционном русском империализме" и т. п. — этому следует уделить особое внимание.
В чрезвычайно важной для нас Германии повсеместный ропот вызывает злоупотребление евреями темой «холокоста» для давления на все последующие поколения немцев с целью их вечного покаяния и вечных репараций; при этом немецкий патриотизм подверстывается к нацизму и унижается (примерно как в России с той же целью патриотизм подверстывается к коммунизму). Россия может способствовать реабилитации немецкого патриотизма при условии взаимности. Интересы России (как наиболее пострадавшей от войны) и Германии (как "козла отпущения") тут совпадают в необходимости выявить истинных виновников мировых войн — "мировую закулису", которая дважды провокационно сталкивала наши народы в своих целях (только на этой основе возможно понимание и преодоление прошлого). Поэтому не исключено, что немцы смогут понять: только Россия, а никак не Америка, может обеспечить немецкому народу достойное место и подлинный авторитет в мире.
Кроме того, Россия должна с цифрами в руках объяснить европейцам, что вытеснение Америки из Европы позволило бы им, в сочетании европейских технологий с российскими природными богатствами, избавиться от непредсказуемой и опасной долларовой фикции, чтобы строить экономику на реальных и справедливых (а потому и более прочных) экономических основах.
— Мусульманский мир не упоминается Бжезинским в числе явных "стратегических карт" США и остается территориально обделенным (за исключением Турции) на прилагаемой карте. Видимо, США расценивают его как не вполне пригодный для "Нового мирового порядка", хотя и пытаются использовать мусульман, где только можно, против Православия (пропагандно компенсируя этим также свой союз с Израилем против мусульман Ближнего Востока). Мусульманская религия, правда, была изначально создана в VII в. еврейством как "восстановление древней веры Авраама" для противодействия христианству, но она сразу приобрела собственную динамику как доступная простым массам и дисциплинирующая религия земных целей и потребностей (см.: Тихомиров Л., "Религиозно-философские основы истории", М. 1997). В дальнейшем ислам разделился на разные течения, как призванные подчинить воле Аллаха все народы, так и неагрессивные; все они враждебны безбожному "Новому мировому порядку" (причем эсхатология ислама сходна с христианской; в исламе есть, хотя и неверное, представление о Христе, и даже о «лжеучителе», который придет перед концом мира). Поэтому мусульманский мир может быть использован Америкой против России лишь в качестве временного, но не долгосрочного союзника.
