— А у тебя что? — спросила я, уткнувшись в карточку подруги. — Разжечь костер? Но это же не честно! У Тей простое задание.
— Клементина, читай лучше, — пожурил мастер все из тех же кустов. — Я прошу разжечь костер, а не спалить лес дотла. Тренируйтесь, девочки. На все про все у вас час, потом будет разбор полетов.
После этих слов мастер выловил в банку одного из светлячков и совершенно счастливый отправился в ту часть кабинета, которая не была лесом, изучать неизведанный феномен собственного воображения. А мы остались запертыми в иллюзии.
— Интересно, а здесь звери имеются? — поинтересовалась Тея, оглядываясь по сторонам.
— Меня больше волнует, как бы мастер в своих изучениях в самом деле про нас не забыл. Помнишь прошлый год?
— Это когда мы в подвале с трупами на всю ночь остались?
— Ага, — поежилась от воспоминаний я.
— А я думала, это тренировка такая была.
— Я тоже так думала, пока не услышала, как мастер кается перед твоим братом.
— ОН НАС ЗАБЫЛ?! — дошло до Тей. Кажется, зря ей об этом рассказала. Ой, зря…
Впрочем, через три часа нас все-таки из иллюзии вытащили. Ровно тогда, когда я наконец сообразила, как отыскать что-то настоящее, а Тей зажгла костерок, не подпалив при этом траву, деревья и колонию муравьев.
У меня все даже проще оказалось. Нужно было только заставить себя поверить, что все, что я вижу перед собой не настоящее. И лес начал мерцать настолько, что я увидела сквозь мерцание кабинет мастера.
А настоящий предмет обнаружился совершенно случайно. Мы с Теей, устав от попыток присели на пару каменных валунов в глубокой задумчивости, а когда до меня дошло, и я убедила себя, что все вокруг иллюзия, Тей со своего валуна рухнула, а я осталась сидеть. Так что это даже не я, а моя филейная часть его нашла. А уж потом, злая Тей притащила дровишки, и со всей своей злостью на меня подожгла костерок. В ту же секунду иллюзия пропала, а мы оказались перед строгим взором мастера.
— Ну, и что так долго? Я же сказал час, а вы три провозились.
— Простите, — покаянно опустили головы мы. Мастер сурово сдвинул брови и, ничуть нашему раскаянию не поверив, заставил нас смотреть за самими собой в этой самой иллюзии по магическому проектору. Оказалось, мы раз пять мимо валунов проходили, и раз пятнадцать бегали от Тейкиного огня, все мимо тех же валунов. Кстати, один из них так и остался лежать, или стоять посреди кабинета.
— Мастер, а светлячки? Они тоже пропали? Вам удалось что-нибудь выяснить? — мастерски перевела тему о нашей никчемности на интересную для мастера. Он конечно, маневр просек, но очень хотел поведать о светлячках, потому и не стал ругаться. Так мы узнали, что все-таки мастер видел их когда-то в детстве. Просто забыл об этом.
— Завтра, вы должны будете справиться за час, это и вас касается, ваше высочество.
— А завтра мы не можем. Клем с дедом встречается.
— Вы тоже с кем-то встречаетесь? — прищурился мастер.
— Конечно, с потенциальным женихом, — в наглую соврала Тея. — Буду убеждать его от меня отказаться.
— И который это по счету? — полюбопытствовала я.
— Шестнадцатый. От первых пятнадцати Эвен меня избавил.
— Паэль свирепствует.
— И не говори.
Мастер нас отпустил после длинной лекции о создании иллюзий. Мне эта тема была очень близка, ведь я все-таки созидатель, а вот Тея, напротив, ничего не понимала и не хотела понимать. Ей больше хотелось с собственным даром разобраться, а не приобретать новые знания. И мастер это понимал.
Когда мы уходили, я решила задержаться и спросить кое о чем.
— Мастер, а можно мне вопрос задать?
— Я слушаю тебя, Клементина.
— К чему вы привязали иллюзию?
— А ты разве еще не догадалась?
— К валуну?
— Правильно, детка. Если хочешь, чтобы иллюзия распалась, найди единственный настоящий предмет и уничтожь его.
— А еще вопрос можно?
— Об иллюзиях?
— Не совсем. Я тут недавно столкнулась с одним интересным предметом. Мыслелов называется.
— А, кристалл воспоминаний, — догадался мастер.
— Да, и в связи с этим меня интересует один момент, а можно ли воспоминания, полученные с помощью моего дара, заложить в этот мыслелов?
— Хм, интересный вопрос. Очень интересный, — потер свои седые усы учитель. — Впрочем, почему нет? Ты не узнаешь, пока не попробуешь.
— Вы поможете?
— Клементина, какие глупые вопросы ты иногда задаешь, — поморщился мастер. — Я — твой учитель, а ты одна из самых одаренных учениц, какие у меня только были.
— Дед бы с вами не согласился, — немного горько вздохнула я.
— Твой дед — узколобый и упрямый чурбан, и совершенно не заслуживает такой внучки.
— Вот с этим спорить не буду, — благодарно улыбнулась в ответ.
— Приходи послезавтра, и мы попробуем что-нибудь придумать.
— Спасибо, — обрадовалась я.
— Не за что, Клементина, не за что. А теперь прости, я должен вернуться к своим светлячкам. Хочу в иллюзии ночь устроить и заставить их летать. Подозреваю, зрелище получится великолепным.
Мастер Крейм никогда не переставал меня удивлять. Иногда он казался суровым учителем, а иногда вел себя, как восторженный ребенок. Наверное, исследователи все такие, немного чокнутые, в хорошем смысле этого слова.
