Тайна старого фонтана полностью

Младшая сестра Моретти, о которой известно немного, сопровождает пару. Говорят, что эти трое близки и «с нетерпением ждут перемен». Синьор Джакомо Динаполи, дядя брата и сестры, много лет до своей смерти владел замком Барбаросса, построенным в пятнадцатом веке…

Читаю дальше, но здесь все меньше о Вивьен и больше о доме. Перехожу к следующей статье, касающейся ее имени, потом к следующей, еще и еще. Я нашла информацию о Барбароссе, но не о его обитателях. Был ли Джованни Моретти изображен на том портрете на лестнице? Вспоминаю его необычные глаза, тяжелый взгляд и то, как быстро Адалина увела меня от него. И что еще за сестра? Почему она жила с ними? Встречаются заметки о вечеринках, проводимых в поместье, богатых, ярких костюмированных балах на Хэллоуин, которые прославили Барбароссу, но мне не удается заглянуть глубже и найти то, что я ищу. А что же на самом деле я ищу — скандал, который затмит мой собственный? Что-то, что сделала Вивьен или что сделали с ней, по сравнению с чем мой случай покажется несущественным или не таким уж страшным? Меняю параметры поиска и любуюсь ее черно-белыми снимками, обложками журналов, Вивьен, смеющейся на вечеринках, где воротилы шоу-бизнеса тех лет попивают шампанское и курят кубинские сигары, кадрами из ее фильмов, где она похожа одновременно на Мэрилин Монро и Кэтрин Хепберн. Что-то в ее лице кажется мне неуловимо знакомым, будто я встречалась с ней в другой, давно забытой жизни. На ее странице в Википедии мало информации о личной жизни. Родилась в Южной Каролине, получила религиозное воспитание, переехала в Лос-Анджелес, быстро стала знаменитой, вышла замуж за Джованни, переехала в Европу.

На этом все… след обрывается.

Но ведь это далеко не все. Я точно знаю.

Покончив с интернетом, я нахожу кое-что в местной газете. Статья датирована ноябрем 1989 года.

…Вдобавок к заметке о прошлогодней трагедии в замке Барбаросса, La Gazzetta сообщает, что бывшая актриса Вивьен Локхарт живет сейчас в особняке одна, оставленная мужем. Синьора Локхарт редко показывается на людях и ведет затворнический образ жизни. Невозможно оценить, как сильно она пострадала во время инцидента, произошедшего прошлой зимой, морально и физически. Мы шлем ей пожелания скорейшего выздоровления, равно как и воссоединения с синьором Моретти.

Я просматриваю заново архив La Gazzetta за предыдущий год, но не нахожу ничего. Больше никаких упоминаний о Вивьен Локхарт.

Это тупик.

— Mi scusi, signora, ma stiamo chiudendo^[12].

Библиотекарь вырывает меня из потока мыслей. Смотрю на часы. Уже десять. Как я могла провести за всем этим три часа и даже не заметить?

— Grazie^[13], — отвечаю я, собирая вещи.

Библиотека опустела, в деревянных кабинках никого нет. На стойке регистрации женщина проверяет возвращенные книги и улыбается мне на прощание. Я спускаюсь по ступенькам на улицу и слышу шаги, повторяющие мои, за спиной. Замедляю ход. Сзади тоже замедляются. Снова ускоряю шаг. Кто бы ни был у меня за спиной, он делает то же самое.

Мой пульс ускоряется.

С облегчением я выбираюсь в реальный мир, но не останавливаюсь, пока не чувствую себя в безопасности, перейдя дорогу и слившись с толпой. Карнавал набирает обороты, барабанная дробь сопровождает гуляк вдоль улицы, в воздухе развеваются флаги, лица раскрашены. Я ныряю в арку, чтобы прийти в себя. И только тогда оглядываюсь.

Мужчина смотрит на меня. Наши глаза встречаются, и, хотя он окружен людьми, я знаю, что это он. Возможно, потому, что он стоит неподвижно, будто каменная статуя, посреди бушующей толпы. Его лицо скрывает темнота, я не могу его рассмотреть, но, кажется, он старше меня, широкоплечий и темноволосый. Неожиданно я узнаю его. Да и всегда знала.

Они нашли меня. Это был только вопрос времени.

Я поворачиваюсь и бегу по слепяще ярким улицам, дышащим огнем, орущим множеством голосов, отчаянно желая добраться до Барбароссы. Я боюсь того, что осталось за моей спиной, но не меньше боюсь и того, что ждет меня там.

Глава одиннадцатая

Вивьен, Лос-Анджелес, 1978 год