– Я должен был встретиться с ним здесь, да вот припоздал, а он торопился, видно, и не дождался меня. Придется поехать за ним вслед. Должен я ему. Рассчитаться надо.
– Так это прекрасно! Поедем вместе. Я обещал встретиться с ним у реки Смелой Выдры. Вот повезло! Составим прекрасную компанию. Люблю таких, как Том, а значит, и тебя, если ты его приятель.
Некоторые имеют предубеждение, – продолжал он после небольшой паузы, – что делать состояние таким образом будто бы… одним словом… – старик плюнул в угол комнаты, – дураки… Ну ладно, на сегодня хватит разговоров, разбужу тебя рано.
Когда старик вышел и его шаги затихли внизу, я широко раскрыл окно. Струя свежего воздуха ворвалась в комнату. Ночь была темная, но это не помешало мне рассмотреть контуры конюшни, в которой находился мой конь. Все складывалось как нельзя лучше. Постояв еще несколько минут и убедившись, что позади конюшни нет больше никакого здания и что выход из нее в свободное пространство, граничащее с прерией, я тихо закрыл окно и на цыпочках подошел к кровати. Времени у меня оставалось не так много, но и не мало, чтобы дать отдохнуть уставшему телу. Я с удовольствием растянулся на мягком ложе.
Когда темнота сгустилась почти до ощутимости, я без труда вылез в окно. Несколько минут я стоял, тесно прижавшись к стене, боясь пошевельнуться, чтобы не нарушить разлившегося вокруг покоя и тишины, а еще через несколько ударов сердца был уже рядом со своим конем. Зажав ему ноздри, чтобы не выдал меня радостным ржанием, вывел его на дорогу, рывком оседлал и смело помчался в темноту.
Сон индейца чуток, а тем более если он в засаде. При первых звуках ударов конских копыт о землю Крученый Волос приподнял голову из-за мягкой шкуры бизона и, когда услышал троекратный крик совы, окончательно сбросил с себя дремоту и ползком, по-звериному приблизился ко мне.
– Это ты, мой брат? – услышал я его шепот.
– Тс-с… Я на тропе охотника за скальпами.
– Говори, как было.
Коротко рассказав другу о разговоре с охотниками и знакомстве со Старым Биллом, я поделился своим планом:
– Завтра утром мы вместе с Биллом пойдем за Кровавым Томом. Ты, мой брат, будешь ехать следом за нами. Сейчас я еще не знаю, как удастся нам схватить охотников за скальпами. Но думаю, пока дело дойдет до встречи с Гарри, этот план родится в моей голове. Знает ли мой брат, – спросил я, минуту выждав, – брод на реке Смелой Выдры? Там назначена встреча Кровавого Тома со Старым Биллом.
– Хо! Крученый Волос хорошо знает этот брод и будет ждать там своего брата.
С этими словами он стремительно вскочил на мустанга и растворился в темноте. Переждав, пока замолкнут звуки копыт, я повернул обратно и направился в сторону дома Старого Билла…
Сагамор подбросил ветки в костер, задержал взгляд на группе пихт, стоящих одна возле другой, словно солдаты на опушке леса, внимательно посмотрел на луну, забравшуюся уже высоко в небо, и продолжал:
– Наступило утро. Молча ехали мы со Старым Биллом. Под ритмичное позвякивание конских копыт о камни каждый думал о чем-то своем. Ничто не нарушало пустоты прерий, разве взлетит иной раз испуганный ястреб или выскочит из ближайших кустов очумелый шакал. Не давая отдыха коням, мы беспрерывно погоняли их, и временами казалось, что, не выдержав, они свалятся вместе с нами. Наконец над небольшой речкой, по правой стороне которой виднелись вдали заснеженные вершины гор, а на запад тянулась огромная и волнующаяся, как море, прерия, решено было сделать привал.
Перекусив копченым мясом, мы с удовольствием протянули измученные ноги. Кони же, утолив жажду, беспечно валялись в сочной прибрежной траве. Солнце уже начало спускаться к западу, когда мы снова двинулись в путь. До темноты нам предстояло добраться до брода.
– Не хотел бы я встретиться здесь с краснокожими, – сказал Старый Билл и, с минуту подумав, добавил: – В это время года они как раз шатаются в прериях, охотясь на бизонов.
– Ну, они охотятся сейчас не только на бизонов.
Старый Билл внимательно посмотрел мне в глаза:
– По правде сказать, я удивляюсь, приятель, что до сих пор мы не встретили ни одной их банды. Не нравится мне эта тишина. У меня какое-то злое предчувствие. Все время кажется, что за нами следят. Какое, интересно, племя могло забрести в эти места? Или ты действительно не знаешь? Ну конечно же, чироки – худшие из наихудших. Из их рук еще ни один белый не уходил живым.
Старый Билл снова посмотрел на меня. И, может быть, именно слепящим лучам заходящего солнца обязан я был тем, что он не сумел заглянуть в глубину моих глаз.
Вскоре показалась лента реки, извивающейся между холмами.
– Это и есть река Смелой Выдры? – спросил я.
– Да, но нам еще около часа езды до брода.
Мы подстегнули коней. Пространство между нами и рекой заметно сокращалось. И хоть я всю дорогу усиленно думал, как лучше обезвредить охотников за скальпами, ни одна мысль, как назло, не приходила мне в голову. «Сориентируюсь на месте, – решил я, – в конце концов, что мне терять?»
