Перекусив копченым мясом, мы с удовольствием протянули измученные ноги. Кони же, утолив жажду, беспечно валялись в сочной прибрежной траве. Солнце уже начало спускаться к западу, когда мы снова двинулись в путь. До темноты нам предстояло добраться до брода.
— Не хотел бы я встретиться здесь с краснокожими, — сказал Старый Билл и, с минуту подумав, добавил: — В это время года они как раз шатаются в прериях, охотясь на бизонов.
— Ну, они охотятся сейчас не только на бизонов.
Старый Билл внимательно посмотрел мне в глаза:
— По правде сказать, я удивляюсь, приятель, что до сих пор мы не встретили ни одной их банды. Не нравится мне эта тишина. У меня какое-то злое предчувствие. Все время кажется, что за нами следят. Какое, интересно, племя могло забрести в эти места? Или ты действительно не знаешь? Ну конечно же, чироки — худшие из наихудших. Из их рук еще ни один белый не уходил живым.
Старый Билл снова посмотрел на меня. И, может быть, именно слепящим лучам заходящего солнца обязан я был тем, что он не сумел заглянуть в глубину моих глаз.
Вскоре показалась лента реки, извивающейся между холмами.
— Это и есть река Смелой Выдры? — спросил я.
— Да, но нам еще около часа езды до брода.
Мы подстегнули коней. Пространство между нами и рекой заметно сокращалось. И хоть я всю дорогу усиленно думал, как лучше обезвредить охотников за скальпами, ни одна мысль, как назло, не приходила мне в голову. «Сориентируюсь на месте, — решил я, — в конце концов, что мне терять?»
Проехав некоторое время вдоль русла реки, мы миновали один из острейших ее поворотов, и перед нами открылась небольшая котловина, поросшая деревьями.
— Вот мы и на месте, — сказал Старый Билл и, приложив сложенные ладони ко рту, издал двукратный крик ястреба.
Из леса последовал ответный.
— Есть, едем!
Билл свободно пустил коня. Я поехал следом, на ходу проверяя, легко ли вынимаются пистолеты из-за пояса. «Ну, сейчас начнется». Только подумал, как навстречу из-за дерева показались двое верховых. Кровавого Тома я узнал сразу, другого припомнить не мог. Держался я за спиной Старого Билла, и Гарри не мог узнать меня на расстоянии.
— Привет, Билл, — послышался голос Тома, — а кого это ты, к дьяволу, привез с собой?
— Твоего приятеля. Говорит, что разыскивает тебя.
Таиться дальше не было смысла. Вытащив пистолет, я выдвинулся из-за спины Билла:
— Явился рассчитаться с тобой, Гарри, узнаешь меня?
— Черт… Заремба, ты здесь?
— Как видишь, мой дорогой, появился как раз вовремя, чтобы поговорить с тобой.
— Разговаривай с чертом, а не со мной. — Рука Гарри потянулась к поясу.
Я целился от бедра. Случаю, однако, было угодно, чтобы раздался не выстрел, а сухой треск курка — пистолет не выстрелил. Только успел я выхватить другой, как сухая пятерня Старого Билла сбросила меня с коня. В эту же минуту все трое, навалясь, вязали уже мне руки и ноги моим же собственным лассо.
— Я несказанно благодарен тебе, что ты помнишь о долге и сам явился свести счеты, — издевался Кровавый Том, — долг я, конечно, возьму, но возьму и проценты. Я не принадлежу к тем, кто забывает о том, что ему причитается. Ну а теперь поднимайся, собака, повиснешь на первом суку.
— Как видно, ваша дружба крепче, чем мне показалось с первого взгляда, — засмеялся Старый Билл.
— Да, любовь, видно, дальняя, — поддержал третий, незнакомый мне охотник, — как один увидит другого, так и указывает ему дорогу в ад… Только Гарри — это свой парень, знающий дело, и я охотно помогу ему…
— У нас с ним счеты давние, — ответил Том.
Пока они переговаривались, я успел подняться с земли.
— Однако что мы с ним сделаем, капитан? Может, стоит подбросить генералу? Он такому подарку обрадуется.
— О нет! Он принадлежит только мне, и я не хочу делиться своей добычей даже с генералом. Сам расправлюсь с дезертиром и изменником. Ведь ты явился сюда, — обратился Гарри ко мне, — чтобы уплатить долг мне, как ты сказал? Я постараюсь продлить тебе это удовольствие!
— Делайте с ним что хотите, только побыстрей, у нас времени в обрез, — вмешался Старый Билл.
— Ну что ж, быстрей так быстрей. Давайте-ка украсим им ближайшее деревцо, — засмеялся Том.
Незнакомец, который оказался сержантом армии, подошел к своему коню, отвязал от луки лассо, перебросил его через толстый сук одного из деревьев и, схватив меня за руки, подвел к свисающей петле.
«Это уже конец, — лихорадочно думал я, — надо же было попасть так глупо! Но что случилось с Крученым Волосом? Почему его нет? Почему я должен погибнуть, повиснув на суку, как какой-то прохвост?»
— До встречи в аду, дорогой друг, — издевательски проговорил Том, кивком головы давая знак своим приятелям, чтобы начали натягивать лассо.
Ноги мои оторвались от земли, петля врезалась в тело. У меня перехватило дыхание, и красные пятна закружились перед глазами.
— Не сразу, не сразу, — командовал Том, — дадим ему глотнуть, а потом еще и еще, снова и снова…
