Вот первые индейцы приближаются к воротам базара, у которых стоит круглолицый метис с узкими, как бритва, глазами. Он сборщик пошлины. Индейцы торопливо вынимают из кармана двадцать сентаво и послушно отдают метису за право войти на базар.
— Эй, ты, — крикнул сборщик Исидро, — гони деньги!
— У меня сейчас нет, сеньор, — сказал Исидро и, вынув кошелек, раскрыл его перед метисом. — Когда пойду обратно, отдам.
Метис ловко вырвал из рук Исидро кошелек и положил его к себе в карман.
— Заплатишь деньги, получишь обратно кошелек. Эй, ты, неумытая рожа! — уже кому-то другому кричал сборщик. — Плати деньги!
Исидро направился на базар. Конечно, жаль было кошелька. Это ему подарила Агава. Но что делать!
Едва он прошел несколько шагов, как его увидел скупщик. Он стоял на возвышении. Под широченной шляпой толстое, лоснящееся от жира лицо. В руке у него была плетка.
— Покажи твое барахло, — приказал Исидро скупщик.
Когда Исидро приблизился, скупщик небрежно поднял рукояткой плети один айяте.
— Это превосходный айяте, сеньор, — сказала Агава.
— Баб в мужском обществе не спрашивают, — отрезал скупщик, и женщина замолчала. — Плачу по одному песо двадцать сентаво за каждый.
— Мы хотим по полтора песо, сеньор.
— Он хочет! Мало кто чего хочет. Проваливай! — Скупщик хлопнул плетью по голенищу и отвернулся.
Исидро поднял корзину на плечи и опять двинулся в путь. Ни на шаг от него не отставала жена, которая всегда очень боялась затеряться среди чужих людей.
На центральной площади было уже много народа. Продавцы громко выкрикивали:
— Покупай! Покупай!
Другие не кричали. Увидев индейца отоми, они хватали его за одежду и шептали на ухо: «Дешево продам бутылку агуардьенте[48]», «Заходи в наш балаган. Мы покажем тебе такое, чего ты не видел никогда в жизни. Всего два песо!»
Но у Исидро не было ни сентаво. Он пробирался сквозь толпу с одной надеждой — встретить скупщика, который заплатил бы за каждое айяте полтора песо.
Исидро снова увидел скупщика. Лицо у него было добрее, чем у того усатого. Он снял корзину с плеч и показал айяте.
— Айяте мне не нужны, — сказал скупщик.
— Может, вы купите, сеньор, веревку, — спросил Исидро. — Очень крепкая, я сам делал ее из хороших волокон.
— Покажи!
Исидро вынул из корзины веревку.
Скупщик прикинул ее вес на руке:
— Одно песо! Получай.
— Может, чуточку больше, сеньор, — попросила Агава. — Нам нужно купить лекарство девочке.
— Держи песо и будь довольна.
Скупщик бросил веревку в кузов своего автомобиля.
Исидро взял песо и зажал засаленную маленькую бумажку в руке. Все-таки одно песо есть!
И снова сквозь толпу пробивался Исидро, и за ним покорно шла жена.
На возвышении среди толпы стоял человек и громко говорил что-то. В руках он держал какие-то пакетики, пузырьки и показывал их индейцам.
Исидро пробрался поближе.
— Вы великое племя, индейцы отоми! — кричал человек в очках. — Вы даже не знаете, что много сотен лет назад отоми были самым сильным и храбрым племенем на земле Мексики.
— Это точно, в книгах так написано, — подтвердил кто-то из слушателей.
— Когда ацтеки вторглись в ваши земли, вы разбили их наголову.
Исидро посмотрел на своих собратьев. Все они были маленького роста, хилые. Неужели когда-то они побеждали другие племена?
— А теперь вы становитесь от поколения к поколению все ниже ростом, все слабее телом. И конечно, вы никогда не сможете завладеть хорошими землями, если не будете пить эликсир, который я продаю. Стоит недорого, всего одно песо. По капле каждый день. Вы станете выше ростом и свободнее духом. Ваши дети вырастут быстрее. Покупайте эликсир силы и молодости!
Агава потянула Исидро за рукав и тихо сказала:
— Не забудь о дочке.
Исидро еще продвинулся вперед, не снимая корзины с головы. Он увидел небольшой столик, на котором лежало много разных лекарств. Когда человек передал какому-то индейцу пузырек с эликсиром и получил с него деньги, Исидро не очень решительно спросил:
— У вас нет лекарства от боли в животе?
— У нас все есть, — быстро отозвался человек. — Вот! — Он схватил со стола какой-то пакетик и потряс им над головой. — Порошок от всех болезней.
— А специально от живота нет? — еще раз спросил Исидро, потому что подумал, что от всех болезней порошок стоит дороже, чем только от живота.
— Мои дорогие друзья! — крикнул человек в очках. — Вот стоит передо мной ваш собрат. Взгляните на него.
Все посмотрели на Исидро.
— Он не знает, что, когда болит живот, значит, весь человек болен. Что такое живот? Это значит жизнь. И надо пить это лекарство от всех болезней. Покупайте, отдаю даром — одно песо за кулечек.
«Хорошо, что у меня хватит денег на это лекарство», — подумал Исидро и поскорее отдал бумажку, чтобы кто-нибудь не купил лекарство раньше его.
— Будешь пить понемножку, каждый день перед сном.
— Живот болит у дочки, — пояснил Исидро.
— Давай ей каждый день на ночь. — Доктор похлопал Исидро по плечу.
Исидро выбрался из толпы, а доктор продолжал рассказывать о былом величии племени отоми.
Жена с благоговением осмотрела кулечек с лекарством и спрятала его за пазуху.