– Не буквально. Но, в его понимании, семье, где появляются дети, недопустимо менять свой образ жизни. Люди по-прежнему должны путешествовать; осваивать что-то новое; многим интересоваться; отыскивать новые увлечения, зачастую, экстремальные. Мне всё это тоже близко, но…
– Но, помимо праздника, – подхватила Лариса, – существуют будни, когда человек, бывает, грустит, болеет или просто хочет побыть в тишине. Помолчать рядом с тем, кто дорог.
– Для Володи даже тишина должна быть насыщенной, – констатировала Александрина, между делом достав из сумки, откуда она выудила карту, расчёску. – Молчать он будет недолго, – тихо улыбнулась она, приводя в порядок волосы. – При этом разглядывать звёздное небо, удивляя меня глубоким знанием астрономии. Как-то раз сказал, если ему доведётся открыть новую звезду, то назовёт её моим именем.
– Впечатляет, – бесстрастно отреагировала Лариса. – А сейчас, когда ты немного пришла в норму, пора тебя покормить.
– Пока вроде и не хочется, – с сомнением произнесла Александрина, с удивлением отмечая, что аппетит всё же даёт о себе знать.
– Ну, это будет не сиюминутно, – деловито сказала подруга. – Пока тебе придётся довольствоваться больничным завтраком. «Люкс» или общая палата, – усмехнулась она, – а питание одинаковое. Однако в нашей больнице далеко не самое плохое. Сегодня, кстати, довольно сносная овсянка. Я предусмотрительно оставила тебе порцию. А то до обеда ещё далеко. Сейчас подогрею в микроволновке у нас в ординаторской. И чаю заварю. Или ты предпочитаешь столовский отвар шиповника? Сегодня не приторный, сахара мало. Совсем как тебе нравится.
– Давай шиповник.
– Лариса Александровна, – вслед за коротким стуком в открытой двери показалось приятное лицо медсестры с дежурного поста, – там к Логвиновой посетитель. Говорит, родственник. Фамилия – Лесных. Пустить?
– Кто это? – удивлённо обернулась к подруге Лариса.
– Ой, – закусила губу Александрина, – это же парень, у которого отец болен паркинсонизмом. Они сегодня на приём записаны. И никто ему не позвонил.
– Так он, что, сюда на приём пришёл?
– Да что ты! Он парень приличный. Просто проведать, наверное. Только как узнал, куда меня положили?
– Ладно, приглашай, – кивнула медсестре Лариса.
– Здравствуйте, – посторонился в дверях Виталий, пропуская Ларису.
– Здравствуйте-здравствуйте, родственник Лесных, – оценивающе оглядела молодого человека врач. – Гостинцы? – строго кивнула она в сторону пакетов в обеих руках парня. – Проходите, – впустила его в палату Лариса. – Не будете против, если я взгляну, что там? Дело в том, что у пациентки особая диета. Не все продукты разрешены.
– Пожалуйста, – засуетился Виталий, выставляя содержимое пакетов на небольшой стол напротив кровати на глазах едва сдерживающей смех Александрины, которую позабавило нарочито строгое обращение подруги с молодым человеком.
– Кстати, я лечащий врач Логвиновой – Лариса Александровна.
– Очень приятно, Виталий.
– Взаимно, – слегка приподняла бровь Лариса, приятно удивлённая манерами парня. – Так, – пробормотала она, бегло осмотрев угощение, – фрукты, овощи, пирог, минералка. Всё это можно. В термосе что? Куриный бульон? Прекрасно! В контейнере, вижу, курица. Отлично! А в этой бутылочке? Компот? Ах, кисель! Тоже великолепно! Замечательно, молодой человек! Оставляю вас, поскольку моего внимания ждут и другие пациенты, – милостиво улыбнулась напоследок врач, подмигнув втихомолку улыбавшейся подруге, наблюдающей сцену со стороны.
– Извините, Аля, что я вот так, неожиданно, – как ни в чём не бывало обернулся к Александрине парень.
– Это ты извини, что не смогла предупредить, – ответила молодая женщина, изумившись тёплому тону Виталия, когда он произнёс имя, впервые употребив краткую форму. – Угодила неожиданно.
– Ну, что вы! Завтра папу примет другой невролог.
– Как он себя чувствует?
– Честно говоря, не очень. За последние три месяца сильно похудел и ослаб.
– Понятно, – еле слышно, как бы про себя, сказала Александрина, – мышцы слабеют. Виталий, незачем тащить отца на приём. Позвоню Костомарову, он посмотрит снимки и анализы Николая Ивановича без него. А лучше вообще никуда не ходи. Приноси всё, что есть, сюда. Сама посмотрю.
– Нет-нет, – отказался Виталий, – я не собирался вас беспокоить. Просто проведать пришёл и… – смущённо улыбнулся он, – угостить. Ваш врач сказала, что всё это можно.
– Спасибо, Виталий, – тепло произнесла Александрина. – Ты извини Ларису за строгость. Она не только мой врач, а ещё и подруга, с раннего детства. Даже больше, чем подруга. Скорее, сестра.
– Как лучше бульон? – захлопотал Виталий. – В кружку налить? Или удобнее из тарелки с ложкой? Я всё это принёс, – торопливо пояснил парень.
– Ой, что ты! Давай я сама. Из тарелки, пожалуй, удобнее, – улыбнулась молодая женщина, с удовольствием наблюдая за гостем.
– Мне не трудно, – Виталий уже приближался к кровати с блюдом в руках, – и… приятно, – с улыбкой добавил он.
У Александрины внезапно кольнуло сердце от трогательной заботы.
