– Надеюсь, не внешне? – хохотнул Ричард, за что был тут же удостоен недовольного взгляда министра.
Впрочем, последнее лорда нисколько не смутило, и он расселся, вольготно вытянув под столом длинные ноги.
– Нет, – сдержанно улыбнулся Дайас. – Только с функциональной точки зрения. Внешне это что-то вроде… черной коробки вытянутой формы. Но в принципах, по которым аппарат получает сигнал, заложены основы телепатии. Текст как бы передается искусственному мозгу на мыслительном уровне. А затем аппарат воспроизводит текст, как если бы человек повторял то, что ему диктуют. Таким образом, хозяин аппарата слышит все, что произносится в студии, с приблизительно минутной задержкой. Мы назвали эту систему «эхолиниями», поскольку аппарат повторяет «услышанное» наподобие эха.
Дайас замолчал, видимо, сочтя, что сказал достаточно и его функция на этом закончена.
– Любопытно, – проговорил помощник министра. – Весьма любопытно. И как конкретно вы планируете использовать это изобретение?
На сей раз вопрос был адресован Сэнду.
– В течение дня по эхолиниям будет передаваться различная информация, – ответил тот. – В том числе и развлекательного характера. Люди должны счесть это новшество интересным и стоящим того, чтобы его слушать. Человек в студии будет зачитывать свежие новости – заметьте, что в этом плане эхолинии будут существенно опережать газеты. Новость можно озвучить, едва она станет известна. А вот выход газеты занимает прилично времени. А помимо всего прочего – и максимально ненавязчиво – нам следует транслировать нужную информацию. О достижениях темного лекаря, об успехах темного телепата в поиске пропавших людей и так далее. Можно также использовать этот ресурс, чтобы помогать темноволосым иммигрантам в трудоустройстве.
– Если по эхолиниям будут идти развлекательные передачи, то леди Кенборт могла бы выступать со своими историями, – подал голос Райс.
Я уставилась на него в немом изумлении, постепенно трансформирующемся в укоризну. Остальные присутствующие глядели на Райса кто в недоумении, а кто с любопытством.
– С какими историями? – решился уточнить Сэнд.
– Не думаю, что это актуально для наших целей, – поспешила откреститься от инициативы я.
– А по-моему, как раз наоборот, – возразила эта зараза. – В Темном Оплоте госпожа Кенборт проявила дар талантливой рассказчицы. Истории в ее исполнении слушали как дети, так и взрослые. Я полагаю, что ее рассказы помогли бы сделать эхолинии более популярными.
Я одарила Райса тяжелым, выразительным взглядом, намекая на то, что некоторые могли бы и промолчать. Он, в свою очередь, посмотрел на меня не менее выразительно, уверенный в собственной правоте.
– А если люди узнают, что рассказчица – темная, это снизит степень их недоверия к темной масти, – подхватил, на мою голову, министр. – Мы убиваем сразу двух зайцев. Определенно, мне нравится такая идея.
– Зато мне не нравится, – пробурчала я, правда, совсем тихо. А громче сказала: – Если люди узнают, что рассказчица – темная, они попросту не станут слушать.
– А мы не будем говорить им сразу, – поддержал идею Райса помощник министра. – Пусть сначала послушают рассказы, получат удовольствие, привыкнут, что рассказы передаются, скажем, ежедневно или еженедельно в один и тот же час. А уж затем кто-нибудь из журналистов – или как будут называться работники эхолиний? – расскажет, например, вашу краткую биографию. Избирательно, конечно, – добавил он, видя, что я вовсе не пришла в восторг от этой идеи. – Еще лучше будет, если у рассказчицы возьмут интервью. Это возможно? – обратился он к Дайасу.
– В целом да, – с некоторым сомнением протянул тот. – Есть, правда, проблема: аппарат повторяет текст одним, фиксированным голосом. Мы делаем два варианта приемников: голос может быть мужским или женским. Но в данном случае это ничем не поможет. Слушатели не смогут разобрать, когда заканчивает говорить журналист, а начинает – гость.
– Не вижу в этом большой проблемы, – вмешался Ричард, по-прежнему сидя в своей расслабленной позе. – Можно ввести систему опознавания специально для эхолиний. К примеру, если в передаче принимает участие несколько человек, каждый называет свое имя, прежде чем высказаться. Или что-то в этом роде.
Я в полном смятении повернулась к Сэнду.
– Я полагаю, детали, касающиеся содержания эхопередач, можно будет обсудить на другом уровне, – пошел мне навстречу он. – И, разумеется, нам по меньшей мере понадобится согласие потенциальных ведущих. А теперь предлагаю перейти ко второй теме сегодняшнего обсуждения, значительно более сложной. А именно – к работе с населением Оплота.
– Это вообще реализуемо? – осведомился заместитель министра, склонив голову набок.
