— Может быть, он хотел впечатлить директора музея? Дотторе Савини поверил, что записка подлинная и платье действительно принадлежало ведьме. Никто не предполагал, что в музей заедет известный историк, которая с первого взгляда определила подделку. Савини же не эксперт, он функционер от культуры. Другого объяснения я пока не вижу.
— Именно. Если бы не записка, никому не пришло бы в голову связать платье с Костанцей да Лари. А значит, оно не могло стать звездой выставки. И мы узнали, что Гвидоне — потомок человека, проклятого стрегой. Стал бы он врать, подсовывая постороннее платье? Вряд ли. Его репутация могла бы пострадать, а он позиционировал себя знатоком истории. Получается, он знал, что это платье Костанцы. оставалось это доказать.
— Погоди. — Массимо прожевал большой кусок курицы и уставился на Сашу. — К чему ты клонишь? Он знал, но не имел доказательств, тогда он написал записку, чтобы впечатлить директора.
— Да! — Взмахнула указательным пальцем Саша. — Других объяснений подделке нет. Он привлек внимание директора и тот был вынужден заказать исследование платья и его истории.
— Ты хочешь сказать, что ему нужно было… скажем так — расследование истории платья. Официальным путем, не зависящим от него самого.
— Именно. Другое объяснение мне в голову не приходит.
— Но зачем такие сложности?
— Возможно, мы этого никогда не узнаем. Но узнаем историю платья, ведь если этого нельзя сделать, Гвидоне не пошел бы на риск подделки!
— Это имеет смысл. Пикколоджоне пожертвовал платье, солгал о том, где он его получил, и подделал записку, чтобы директор заказал расследование.
— А теперь он мертв.
— Саша. — Массимо отложил вилку. — У нас нет оснований полагать, что его смерть как-то связана с платьем.
— Я знаю. Это может быть совпадением. Тем не менее… При следующей встрече с директором я скажу ему, что поддельную записку написал Гвидоне. Посмотрю на его реакцию!
— Давай займемся более понятной линией, нанесем неожиданный визит домработнице!
Дом с террасой, где жила Глория Варна со своим мужем инвалидом, находился недалеко от центра Кастельфьорентино. Удобно, пара остановок на автобусе или двадцать минут прогулки пешком до дома Пикколоджоне.
Маленький палисадник зацементирован, Глория явно не фанат цветоводства, единственный горшок у стены полон давно высохших стеблей.
В присутствии Массимо Саша чувствовала себя спокойно. Никакие неожиданности теперь не страшны.
Массимо позвонил в звонок. Никто не открыл. Тогда он постучал и крикнул:
— Синьора Варна, это полиция! Откройте!
Это дало результат. Глория чуть-чуть приоткрыла дверь. Онаснова изменилась, на смену домработнице в историческом костюме и домохозяйке в джинсах пришла привлекательная особа с распущенными волосами, в ярком цветастом платье.
— Мы можем войти?
В этот момент позади женщины появился высокий мужчина с седыми волосами со стремянкой в руках. Завернутые рукава рубашки обнажали мускулистые предплечья.
— Где тебе нужно… — мужчина замер.
— Синьор Варна, я полагаю? — Массимо шагнул вперед, отодвинув женщину. — Полиция!
Мужчина бросил стремянку и помчался по коридору к задней части дома. Массимо кинулся за ним, перепрыгнув через лестницу. Глория подскочила к Саше, толкнула ее, попытавшись закрыть дверь, но девушка удержалась, сама оттолкнула домработницу и вбежала в коридор.
Не прошло и десяти минут, как они все сидели в маленькой гостиной. Не проводи Альберто Варна все дни взаперти, возможно, ему и удалось бы убежать. Но сил не хватило, метров через пятьдесят он задохнулся, остановился и грязно выругался. Массимо с удовольствием заломил ему руку и вернул в дом.
Супругов ждало обвинение в мошенничестве и, возможно, в убийстве.
— Мы не потратили деньги из пособия. — ныл Альберто. — Что с нами теперь будет?
Пришлось признаться, что они уже полтора года дурили врачей, получая пособие по инвалидности.
— Мы никому не хотели причинить вреда!
— Как все началось?
— Меня уволили. Я долго искал работу, но я строитель и в моем возрасте меня никуда не брали. А потом случился микроинсульт. Я достаточно быстро восстановился, но мы поняли, как выгодно получать пособие по инвалидности.
— Полагаю, вас осматривали врачи, как вы их обманули?
— Легко. — Альберто состроил лицо, которое видели в прошлый раз полицейские. Глаза расфокусированы, он что-то забормотал. Весьма пугающее зрелище.
— Каждые несколько недель заходила медсестра, — добавила Глория. — разные медсестры. Он лежал в постели или сидел в этом кресле. Я говорила, что он может стать неуравновешенным, и они быстро убирались.
— Жена устроилась на работу к тому парню, Гвидоне. Зарабатывала хорошие деньги.
— Которые мы сэкономили — все до последнего цента. — сказала Глория. — И хозяин не возражал, когда я забирала домой остатки продуктов. Правда! Мы хотели уехать на юг. Уже нашли маленький домик. Почти накопили нужную сумму. — Глория смахнула слезы: — Теперь мы его уже не увидим…
— Вы серьезно думали, что все получится? — Удивилась Саша. — В любой момент вас могли разоблачить!
