— Почему бы и нет? Почти получилось! Пока синьор История не обвинил мою жену в краже шкатулки.
— И теперь он мертв, — сказал Массимо.
— Мы тут не причем! — взвизгнула Глория. — Его мог убить кто угодно! Ему нравилось узнавать чужие секреты и использовать их, когда нужно!
— О чем вы говорите?
— Прислуга невидима и мы слышим и видим многое.
— Что именно?
— Он угрожал кому-то по телефону. Я не знаю, кто это был, и не знаю подробностей. Я просто знаю, что хозяин изучил прошлое этого человека и пригрозил предать гласности что-то, если парень не согласится… что бы он там ни хотел. Это была настоящая ссора.
— Он знал, что вы воровали?
— Это ложь! Я не крала шкатулку!
— Сейчас приедут полицейские и оформят официальный протокол.
— Вы не можете обвинить нас в убийстве!
— Вам придется отвечать на вопросы. Не только о серебряной шкатулке, но и объяснить, почему соседка видела, как вы пришли в дом в день убийства гораздо раньше, чем сказали в своих показаниях. И не стоит ссылаться на ссору со старушкой.
— Я не стреляла в него! — Закричала Глория. — Я была в шоке. Вы же были там! — Ткнула она пальцем в Сашу, — вы видели!
— Но зачем вы солгали?
Супруги молчали.
— Вы же понимаете, что мы исследуем все, записи с камер, показания ваших соседей, всю вашу жизнь до мельчайших подробностей! В наши дни нельзя что-то сделать и не оставить следов! Вы ответите за мошенничество, но это не наша сфера, наша забота — найти убийцу. — Массимо вздохнул. — Не усложняйте свое положение.
— Но я не убивала его!
— Придется признаться… — сказал муж.
— Но они обвинят меня в убийстве! Я знаю!
— Нет, если мы скажем правду. Всю правду. Мы хотим сделать заявление сейчас. — громко заявил Альберто Варна.
Раздался звонок и Саша впустила в дом двоих полицейских.
Один из них включил диктофон, продиктовал формальные данные.
— В своих предыдущих показаниях вы заявили, что впервые прибыли в дом синьора Гвидоне Пикколоджоне в четырнадцать часов. Это верно?
— Нет.
— Громче, пожалуйста.
— Нет, это не правда.
— Когда вы приехали?
— Без нескольких минут девять. Я знала, что у хозяина была назначена встреча тем утром. Я хотел поговорить с ним до того, как придет его гость.
— О чем вы хотели поговорить с ним?
— О серебряной шкатулке. Он обвинил меня в ее краже.
— Он был прав?
— Нет. Признаю, у меня был соблазн, но вы не можете арестовать человека за то, что он думал сделать, но не сделал!
— Значит, вы пошли туда, чтобы убедить его не рассказывать полиции о серебряной шкатулке? Была ли какая-то другая причина, по которой вы хотели поговорить с ним наедине?
— Расскажи всю правду, tesoro, — сказал муж.
Глория бросила взгляд на мужа, потом на Массимо. Плечи ее поникли. — Синьор узнал о мошенничестве с пособиями.
— Как он узнал?
— Я не знаю. Что-то связанное с его компьютерами.
— Он не предоставил никаких доказательств?
— Он сказал, что проверил наши банковские записи. И знал, что мы заключили предварительный договор о покупке дома.
— Чего именно вы надеялись от него добиться?
— Он сказал, что наймет замену, как только агентство найдет подходящего кандидата. Я хотела, чтобы он оставил меня, всего на несколько месяцев. Я собиралась рассказать ему о наших мечтах. Умолять его не обращаться в полицию. Мы никому не причиняли вреда! Я ничего не крала! На самом деле, нет!
— Вы хотели убедить его не выдвигать обвинения?
— Я думала, если расскажу ему об инсульте моего мужа и всех этих поездках в центр занятости, он может посочувствовать.
— Вы поговорили?
— Нет. Я услышала голоса в его кабинете. Поняла, что он не один.
— Кто это был?
— Мужчина.
— Вы узнали голос?
— Нет. Я никогда раньше его не слышала. А я хорошо запоминаю голоса. Могу забыть имя, но не голос.
— Вы видели этого мужчину?
— Нет. Дверь в кабинет была закрыта.
— Возле дома стояла машина?
— Я не заметила. Волновалась и не смотрела по сторонам.
— Что вы слышали?
— Одну или две фразы.
— Расскажите нам, что вы слышали, синьора.
— Они спорили. Мужчина сказал: «Это меня погубит», а хозяин сказал: «Вам следовало подумать об этом раньше».
— Что он имел в виду?
— Откуда мне знать!
— Что вы сделали потом?
— Убралась оттуда как можно быстрее. Чтобы не сделать себе еще хуже.
— Вы скрыли от полиции важную информацию.
— Как это может быть важно, если я не знаю, кто там был? — Она расправила плечи.
— Куда вы пошли потом?
— Домой.
— А когда вернулись?
— В тринадцать тридцать. — Она быстро заморгала. — Я сказала полиции, что в четырнадцать, но я подумала, что его беседа закончится, и у меня будет возможность поговорить с ним…
— И что случилось?
— Вот тогда… — Ее голос дрогнул. — Я нашла его тело.
— Вы нашли тело хозяина в 13.30, а не в 14.15, как сообщили полиции?
— Да.
— Почему вы не позвали на помощь?
— Я была в крови, я же его трогала. И полиция подумает, что это я его убила. Откуда мне было знать, что он еще не рассказал обо мне? Я запаниковала.
— Думаете, у него был не один посетитель тем утром?
— Хоть десять. Откуда бы я знала!
— Ранее вы говорили, что видели чашки и тарелку из-под печенья в раковине в четырнадцать часов. Они были там утром?
