История Костанцы типична для своего времени. Перед Сашей лежали документы расследования, которое так часто проводилось в отношении женщин, обычно вдов или одиноких, а потому изначально находившихся на обочине социальной жизни своего городка или деревни. Эти женщины были экспертами в использовании трав и народной медицины, к ним шли за помощью люди, в любой момент готовые обвинить в колдовстве после неудачного лечение. Эти люди стремились получить снадобья — и боялись заклинаний, они приносили деньги, подарки, и еду — и крестились, убегая из ветхого домика, шепча: ведьма!
После смерти мужа Костанца переехала в деревню Лаварделло, намереваясь стать акушеркой, травницей и целительницей. К этому моменту она была умелой целительницей, но где приобрела свои навыки неизвестно, также, как и место ее рождения. Так и будет она отныне наименоваться, по имени большой деревни, которая дала ей средства к существованию.
Казалось бы, совсем еще молодая женщина по сегодняшним меркам, тридцать лет. Но мы помним, что ее выдали замуж в восемь, значит долгих двадцать два года она оставалась женой жестокого и невежественного пастуха, родила восемь детей, а получив свободу после его смерти, осталась без средств.
Жилье в Лари было дорогим, и Костанца нашла ветхий домик по соседству, так она и оказалась в Лаварделло. С ней приехали младшие дети, которых пришлось отдать на попечение, иначе не прокормить. Она начала выращивать травы, собирать растения в полях, измельчала их и создавала порошки и зелья. Ей пришлось бродить от деревни к деревне, идти туда, где требовалась ее помощь, но и не привлекать слишком много внимания.
Следующие тридцать лет занималась Костанца своим ремеслом. К ней тек нескончаемых поток крестьян, но вместе с ними потоком текли слухи. Она молилась в одиночестве, потому что в церкви на нее косились, а священник попросил не смущать народ. Какие тут молитвы, когда народ шеи сворачивает и шепчет «stria…» как называли в народе стрегу- ведьму. И в конце концов один не устоял, побежал с доносом.
Перед Сашей открывалась картина типичного расследования инквизиции в XVI веке. Тридцать дней допросов и пыток, которым была подвергнута немолодая женщина. Но, листая страницы и ужасаясь, Александра еще не представляла, что ждет ее в конце и почему это дело отличается от всех остальных.
«Item in co, et de co, et" super co, quod de anno 1594, quadam die iovis, noctis tempore, ipsa Costanza strix malefica inquisita prefata, Deum pro oculis non habentes se transtulerunt in Commune Cerbaiole, comitatis Emporii ad domum Sollarini, dicti loci, et ibidem animo et intentione strigandi et malefican di quemdam infantulum dicti Sollarini, in dicta domo existentem, ipsum in pluribus partibus dicti infantuli «succhioi». Ita et taliter quod inde a tres dies obiit, in grave dainnum Sollarini et dicti infantis, contra bonos mores et humanis leges.»
«И соответственно, и еще раз соответственно, и в высшей мере соответственно следует, что в году 1594, в определенный четверг, ночью, та же Костанца, вышеупомянутая ведьма, о которой идет речь, не имея Бога для своих глаз, переместились в коммуну Чербайоле в дом Соларини, проживающего в указанном месте, и там с намерением колдовства в отношении определенного младенца, указанного Соларини, проживающего в указанном доме, она «высосала» несколько частей указанного младенца. Таким образом и вследствие указанного через три дня он умер, к тяжкому ущербу Соларини и указанного младенца, вопреки добрым нравам и человеческим законам».
Все это случилось пятьсот лет назад, и сегодня перед Сашей лежали обычные листы бумаги с напечатанным текстом, но у девушки непроизвольно бежали мурашки по коже.
3 ноября 1594 года в Лаварделло в нижней долине Эльзы в присутствии Томмазо Роффиа, викария епископа Лукки, и Винченцо Вивиани, флорентийского нотариуса, мессера Бенедетто Лолли из Сан-Джиминьяно, мастера Паскуино, сапожника из Лаварделло были допрошены две женщины.
Тема допроса связана с показаниями, данными в обвинение некой монны Костанцы из Лари в том, что она является причиной необъяснимой смерти нескольких детей и незаконно занята медициной.
Маддалена из Серавеццы утверждает, что ездила к Гостанце заколдовать одежду своего сына и взять у нее лекарства от болезни.
Следующий допрошенный свидетель отличается от остальных: он не человек из народа, он принадлежит к семье Лолли из Сан-Джиминьяно и в те годы выступал прокурором по различным делам. Одна из ветвей его семьи оказывала покровительство приходской церкви Сан Лоренцо ин Сан Руффино, в городке Пивьере Сан Марко. Его свидетельства показали, что обвинения против монны Костанцы известны уже некоторое время, и слухи против нее начали циркулировать некоторое время назад.
