– У нас засланный казачок завелся, – презрительно усмехнулся Данила Меньшиков.
– Ты Марата в виду имеешь? Я так не думаю, просто она ему нравится, – засмеялся Дроздовский.
– Но что мы будем делать со студией, у нас же ее могут отнять? – заволновалась Верочка.
– Не отнимут, не переживайте, – мрачно хмыкнул Михаил. – Лучше давайте свои предложения по названию фотостудии, по работе.
– Так вроде все уже придумано Арсением, – ввернула Верочка. – Разве не будем работать как раньше?
– Мне не нравится, что было, – упрямо заявил Дроздовский. – Чарущев жулик и темные делишки проворачивал, да что я говорю об этом, вы все сами в курсе! Я хочу другого, хочу создать художественную мастерскую. Хочу, чтобы мы делали не только высокохудожественные портреты, но могли предложить на продажу свои жанровые картины. Проводить выставки-продажи, творческие вечера…
– Ты хочешь сделать салон? – заинтересовалась Верочка.
– Именно, – обрадовался Дроздовский. – Хороший художественный салон. Фортепьяно приобретем, музыкантов будем приглашать, поэтов.
– Ну, ты даешь!.. – хохотнул Данила Меньшиков. – Прямо девятнадцатый век какой-то!
– Да, я хочу возобновить самые лучшие традиции русских художественных салонов!
– Кто сейчас будет посещать такие салоны? – усмехнулся фотограф Огородников.
– Это как дело поставить, – загорячился Михаил. – Отбоя от народа не будет, ломиться начнут на все мероприятия, картины покупать, портреты заказывать…
Огородников недоверчиво покачал головой:
– Что-то не верится.
– У меня есть знакомая, прекрасный искусствовед. Она нам поможет. Найдем журналистов, сделаем рекламу.
– Как много появилось желающих прибрать фотостудию к своим рукам, – презрительно ухмыльнулся Огородников. – С твоими фантазиями мы рубля не заработаем.
– Посмотрим, – изрек Дроздовский.
– Ну да, поживем – увидим, – ехидно хмыкнул Огородников. – Одно дело – мечты, другое – реальность, обещать легко, попробуй сделать.
– Ну и сделаю, – расстроенно протянул Дроздовский. – Вот увидите!
– А я тебе верю, – ободряюще улыбнулась Верочка и торжественно вручила ему ключи. – Теперь ты у нас главный.
Но Дроздовский ключи вернул.
– Верочка, ты мой первый заместитель, и пусть ключи хранятся у тебя.
Покраснев от удовольствия, Верочка быстро спрятала ключи в сумочку.
– Кукушка хвалит петуха за то, что хвалит он кукушку, – пробормотал себе под нос Огородников.
Время подходило к вечеру, все начали расходиться, Дроздовский позвонил Ляльке и напросился в гости. Данила тоже поехал с ним.
На уютной просторной кухне в компании Лялечки, Данилы и Маргариты Михаил продолжил разговор о создании художественного салона.
– Мне твоя затея нравится, – просияла Лялька. – Надоело это выхолощенное, извращенное, вывернутое наизнанку, то, что искусством язык не поворачивается назвать. Хочется чего-то настоящего, совершенного, от чего можно восторгаться, что нужно любить. Я с удовольствием помогу тебе с этим проектом. Сам-то ты как видишь этот художественный салон?
У Дроздовского вдохновенно загорелся взгляд.
– Во-первых, это выставка-продажа картин современных художников, продвижение их работ, так сказать, в массы. Вот как художники в девятнадцатом веке создали артель, которую возглавлял Крамской, а потом Товарищество художников-передвижников. Ведь у них какие идеи были прекрасные, они искали пути развития русского искусства, сколько открыли новых талантов.
– Да, – вздохнула Лялька. – Это было прекрасное время, на обломках академического зарождалось исконно русское искусство, и сколько удивительных художников появилось тогда, но и сколько их погибло, трудная была эпоха.
– Можно подумать: сейчас лучшее время для художников, – буркнул Михаил. – В девятнадцатом веке бесплатно учились в Академии художеств, им еще и стипендию платили, и жилье предоставляли, а у нас за учебу плати, за общежитие плати.
– Хватит жаловаться, – перебила Лялька. – У меня созрел ряд предложений для вашего салона. Вам нужно будет поставить работу на широкую ногу, помещение у вас большое?
– Большое, – закивал Михаил. – Помещение роскошное, в центре, в сталинском доме с высокими потолками.
– Прекрасно. Вам необходимо привлечь молодых, но уже известных художников с громкими именами, проводить творческие вечера и выставки-продажи, с поэтами, с певцами, все как положено, программы проведения вечеров я вам буду составлять. А к этим художникам будем присоединять ваших талантливых ребят с их работами. Будем делать им имена, и художникам, и фотографам. Будем делать интересные, необычные, живые концерты, где классика, а где эпатаж, будем работать на контрастах, рекламу дадим, я все продумаю, народ повалит. Заказы на художественные работы будете брать, – она нахмурилась. – Копии с известных картин можно будет делать, как раньше.
Данила задумчиво изрек:
– Заманчиво, в этом что-то есть.
