Парикмахерша сердито уставилась на Верочку.
– Девушка, если вы не записаны на прическу, то покиньте помещение, вы мешаете работать.
Но Верочка плюхнулась на соседнее с Ириной Чарущевой кресло и заявила:
– А я хочу постричься! У вас все равно зал пустой.
– Нет, я так не могу! – взвилась Чарущева и, сорвав с себя накидку, выскочила из кресла.
– Я тоже не буду стричься, – пискнула Верочка и побежала вслед за ней.
Выбежав из салона красоты, она догнала Чарущеву и пошла с ней рядом.
– Почему вы на меня сердитесь?
Вдова остановилась.
– Почему вы преследуете меня?
– Я не преследую.
– Не врите! Что я не вижу, как вы за мной по пятам носитесь уже неделю. Что вы хотите?
Вздохнув, Верочка жалобно протянула:
– Я хочу, чтобы вы сознались в убийстве, ведь это вы убили своего бывшего мужа?
У Ирины Чарущевой изумленно округлились глаза.
– Вы с ума сошли! С чего вы это взяли?! – прошипела она.
– Я слышала, как вы говорили ему про то, что он сломал вам жизнь!
– Что?! – выгнулась Чарущева, словно пантера. – Дура сумасшедшая!.. Вот я сейчас, – полезла она в сумочку и вытащила телефон, – следователю позвоню и попрошу, чтобы он задержал тебя за то, что ты меня преследуешь и оболгать пытаешься. Или ты, – презрительно усмехнулась она, – влюблена была в этого козла, моего бывшего мужа? И теперь мне мстишь?
– Ничего я не была влюблена, просто слышала, как вы стояли под окном и ругались с ним, а потом выстрелили!
Ошеломленно уставившись на Верочку, Чарущева усмехнулась:
– Как ты могла что-то слышать, когда я была в это время как раз в этом салоне, я там целый день провела тогда, и следователю уже об этом рассказала.
– Этого не может быть, – потрясенно прошептала Верочка. – Но я же слышала своими собственными ушами и в окно видела, как вы в сером костюме убегали.
– У меня нет серого костюма, не мой цвет! – разозлилась Чарущева. – Да я на вас в суд за клевету подам!
– Но я правда вас видела, – растерянно пролепетала Верочка. – Такая же прическа, похожая комплекция… И голос был ваш, и слова, что Арсений жизнь сломал вам…
– Идиотка!.. – рассмеялась вдова. – Почему ты решила, что он сломал мне жизнь? Да я счастлива была, когда он свалил. Денег на сына не жалел, а что мне еще нужно было? Я не работала, а теперь нужно вкалывать, чтобы зарабатывать. Нужны бы мне эти хлопоты?! Мне не выгодна его смерть!..
– А кто же это мог быть? – упавшим голосом пробормотала Верочка.
– Откуда я знаю, – буркнула Чарущева. – Кстати, а почему ты следователю про свое подозрение не сказала? – язвительно ухмыльнулась она. – Денег от меня поиметь захотела? Шантажировать?
– Нет, просто так получилось, – промямлила Верочка. – Сразу не сказала, забыла, а потом вспомнила и решила сама исправить свою ошибку.
– Тоже мне, миссис Марпл! – презрительно скривилась вдова. – Но видишь ли, ты глубоко ошиблась, ищи свою преступницу в другом месте!
Верочка была расстроена до глубины души.
– Может, вы мне поможете разыскать убийцу? – беспомощно пролепетала она.
– С какой стати? – оскорбленно вскинулась Чарущева. – А вот Суржикову я позвоню, еще неизвестно, что вам в голову придет, а я потом расхлебывай!
– Но может, вы знаете какую-нибудь знакомую Арсения Борисовича с похожим на ваш голосом?
– Да что же вы ко мне привязались! Откуда я могу знать знакомых Арсения, да еще с голосом, похожим на мой, если я с ним четыре года не общалась!
– Жалко, – виновато произнесла Верочка. – Извините меня тогда…
Но обиженная вдова тем временем уже набрала номер телефона Суржикова и пожаловалась на Верочку. Изумленный следователь попросил передать девушке мобильник, приказал ей срочно вернуться на работу, ждать его.
Когда Суржиков вошел в фотостудию, он очень удивился, увидев рабочих, снующих в вестибюле среди гор стройматериалов.
В одной из мастерской строилась сцена, оттуда слышался стук молотков и дрели. Вокруг то и дело пробегали художники, откуда-то слышался командный голос Михаила Дроздовского.
В вестибюле за стойкой приемщицы стояла… Маргарита Вишневская.
Удивленный Суржиков медленно подошел к ней и только тогда заметил за спиной Маргариты притулившуюся в уголке Веру.
– Так и вы теперь здесь работаете?
– Да, – кокетливо кивнула Маргарита.
– А как же Вера?
– Вера теперь моя начальница.
– Первый раз об этом слышу, – пробурчала Верочка.
– Я смотрю, у вас грандиозные перемены, – усмехнулся следователь, – это хорошо, но я к вам по делу, Вера, где мы можем пообщаться?
– А вы идите в Мишин кабинет, там никого нет, – посоветовала Маргарита.
Верочка недовольно поджала губы.
– Я как-нибудь сама разберусь. Идемте, это бывший кабинет Чарущева.
Удивленно покосившись на Веру, Суржиков про-молчал.
В кабинете владельца студии мало что изменилось, только стол со стульями были завалены какими-то бумагами.
Суржиков переложил бумаги с одного стула на стол и придвинул его Вере. Освободил себе другой и уселся рядом. Пристально взглянув ей глаза, он проговорил:
– И что за история с вдовой Чарущева? Почему вы за ней слежку устроили? Обвинять ее начали?
