— Мы оба, производя новый продукт, получали с него хорошую прибыль. А сейчас возникла ситуация, в которой мы можем начать сбивать цены друг друга. Это было бы прискорбно, — и он криво улыбнулся.
— Вы имеете в виду, что мы не должны играть на понижение наших цен?
— И это тоже.
Таскер встал и подошел к шкафу. Он достал ящик с сигарами и предложил гостям.
— Похоже, наша беседа будет более длительной, чем я Предполагал, давайте устроимся поудобнее, — предложил он и достал виски, содовую и четыре стакана.
— Очень любезно с вашей стороны, — откликнулся Хэвиленд, Мейерс тоже пробормотал что-то учтивое.
На некоторое время они упустили нить беседы, но Таскер не преминул вернуться к ней.
— Я могу сразу сказать, — начал Таскер, — что нам легко договориться о том, чтобы не сбивать цены друг друга. Да ведь вам известно, что мы и сейчас этого не делаем.
Он обезоруживающе улыбнулся и добавил:
— А вот вы срезаете нам цены.
— Это так, — с готовностью согласился Хэвиленд. — Но это мы поправим. Если мы договоримся о главном, подобные мелочи урегулируются сами собой.
— Я думаю, — сказал Таскер осторожно, — нам нужно обсудить между собой пакет предложений, с которыми вы вышли на нас.
Он взглянул на Брэнда, и тот утвердительно кивнул.
— Разумеется, — сказал Хзвиленд. — Пока наши объединенные предприятия производят лишь малую часть быстротвердеющего цемента в стране, положение не столь серьезно. Но если объем производства увеличить за счет лицензий другим фирмам на наш процесс — это совсем другое дело.
— Я понимаю, — сказал Таскер, кивнув. — Вы думаете, что нам следует договориться о том, чтобы не распространять лицензии, не увеличивать производство путем покупки новых предприятий и расширения существующего производства?
— Это может быть тоже включено в соглашение, — кивнул Хэвиленд. — Но есть еще более важный аспект: это прибыль. Нам известны размеры нашей прибыли, и, учитывая, что у нас один процесс, мы вполне можем оценить ваши прибыли.
— Не думаю, что наши процессы идентичны, — тотчас ответил Таскер. — Вы утверждаете, что наш новый продукт такой же, как ваш. Вы провели анализ, и, если вы так говорите, я готов согласиться с вами. Но я лично не в курсе. И я не очень понимаю, как можно утверждать, что процессы идентичны. В Рим ведет много дорог.
— Таково мнение нашего инженера Сэмсона, который утверждает, что процессы должны быть идентичны. Однако давайте опустим этот вопрос. Если вы полагаете, что я не в состоянии оценить размер ваших прибылей, то далее я буду просто говорить о прибыли в общем смысле.
Таскер улыбнулся.
— Вот это вполне корректно.
— Что ж, хорошо. Вы сказали, что ваш химик Кинг запустил свой процесс сравнительно недавно?
Таскер на мгновение замялся.
— Не помню точно своих слов, но это правда. Он долго работал над ним, но лишь сравнительно недавно мы начали производить продукт.
— Прекрасно. Мы тоже сделали такой вывод. Итак, мы обсудили целый круг вопросов, но лишь сейчас подходим к наиболее важному пункту. Можно сказать, что мы говорили о кокосах, но пока не затрагивали тему кокосового молока. Вы выпускаете продукт недолго, а мы — уже более трех лет.
Таскер разыграл удивление.
— Что ж с того? Можно сказать, мы подхватили эстафету. Не вижу в этом ничего, затрагивающего наш престиж.
— Возможно, я не слишком ясно выразился, — вежливо произнес Хэвиленд. Исходя из сроков мы считаем, что наш процесс предшествовал вашему. И в этом мы фактически имеем перед вами приоритет.
— Что ж, разумеется, — согласился Таскер. — Об этом спорить не приходится. Хотя я могу предположить, например, что вы намеренно стали подрезать нам цены, узнав, что Кинг ведет исследования.
— Хорошо. Но у нас есть право первенства на процесс.
— Умозрительно — да. Но только умозрительно. Ведь вы не запатентовали ваш процесс?
— Нет. Но мы думаем, это вряд ли относится к делу. В действительности, мистер Таскер, мы не имеем в виду просто признание нашего приоритета. Мы думаем, что это влечет за собой отчисления с прибылей.
Таскер стал еще более учтив.
— Боюсь, что на этот раз это я выразился недостаточно ясно. Наш инженер открыл процесс, я имею в виду наш процесс, — в результате серий независимых экспериментов. Я думаю, это можно легко подтвердить.
— Дорогой сэр! — Хэвиленд просто-таки переполняли чувства, — не подумайте, пожалуйста, что я сомневаюсь в этом. Я уверен, что он готов продемонстрировать нам все стадии поиска от изначальной неопределенности до законченного процесса. Но сомневаюсь, что это меняет дело. Я настаиваю на нашем требовании о простом приоритете.
— Но ведь в случае, когда два человека независимо друг от друга сделали незапатентованное открытие, вы же не будете требовать, чтобы тот, кто оказался вторым, присягнул в верности первому?
— Боюсь, нам не стоит тратить время на рассмотрение отвлеченных ситуаций, наш случай вполне конкретный и весьма ясный, я думаю. — Хэвиленд натужно рассмеялся. — Это наш цемент. В этом случае у нас есть все основания думать, что мы можем претендовать на процент отчислений с ваших прибылей от процесса.
