Дома Линг-Чу чистил серебро. Не говоря ни слова, сыщик прошел в свою комнату и открыл комод. Там лежало все его облачение китайского периода. Кобура револьвера была пуста, чего и следовало ожидать.
— Линг-Чу, — позвал он неторопливо.
— Я слушаю тебя, Ли-Иен, — китаец отложил в сторону серебряные ложки.
— Где мой револьвер?
— Его нет, Ли-Иен.
— Как давно?
— Уже четыре дня, — равнодушно сказал Линг-Чу.
— Кто взял его?
— Я не вижу его уже четыре дня.
Настала пауза.
— Хорошо, Линг-Чу, не будем больше говорить об этом.
Несмотря на кажущееся спокойствие, Тарлинг был очень взволнован.
Непонятно, кто мог проникнуть в комнату при китайце? Он всегда на месте. Тем более — это опытнейший сыщик. Правда, однажды, когда он шел к мисс Райдер, слуга немного проводил его. Неужели Линг-Чу?..
Эта мысль показалась ему абсурдной. Какую выгоду мог извлечь китаец из смерти Лайна? Вопросы, вопросы…
Подозрение было невероятным, однако оно не оставляло его. Отослав китайца с поручением, он решил сам кое-что проверить.
Квартира Тарлинга состояла из четырех комнат и кухни. Его спальня соединялась со столовой и гостиной. Кроме того, было еще одно помещение, где лежали ящики и чемоданы. Здесь он хранил свой пистолет. Четвертую комнату занимал Линг-Чу.
Сыщик дождался, когда китаец вышел из дому, и приступил к делу. Комната Линг-Чу была небольшая, но убрана очень чисто и аккуратно. Кроме кровати, стола, стула и простого черного чемодана под кроватью в ней ничего не было. Чисто вымытый пол покрыт красивой китайской циновкой. Единственным украшением комнаты была маленькая красивая ваза, стоящая у камина.
Тарлинг направился к входной двери квартиры и запер ее. Затем взялся за ящик. Он был накрепко заперт, и пришлось потратить несколько минут, подбирая ключ к обоим замкам.
В ящике было немного вещей. Тарлинг очень осторожно поднял костюм, шелковые платки, туфли и туалетные принадлежности, которыми пользовался китаец. На дне он обнаружил маленький пакетик, тщательно упакованный в бумагу и перевязанный лентой. Джек развязал узел, открыл пакетик и, к своему удивлению, увидел массу газетных вырезок. Это были, главным образом, вырезки из китайских газет, но несколько — из одной английской газеты, выходившей в Шанхае. Сперва он подумал, что это отчеты о делах, в которых участвовал Линг-Чу, и не обратил на них внимания.
Но нужно было от чего-нибудь оттолкнуться в поисках, чтобы разгадать тайну исчезновения револьвера. Тогда Джек стал без интереса рассматривать вырезки и незаметно увлекся чтением английских заметок.
«Вчера вечером произошел скандал в чайном домике Хо-Хана. Один из посетителей — англичанин — стал проявлять большой интерес к танцовщице „Маленький нарцисс“, так ее называют иностранцы».
«Маленький нарцисс». Тарлинг постарался вспомнить подробности этого случая. Он хорошо знал Шанхай и его таинственное подполье, а также чайный домик Хо-Хана, который в действительности был притоном курильщиков опиума. Незадолго до своего отъезда ему удалось выявить характер этого заведения, и оно было закрыто. Джек хорошо помнил эту танцовщицу. Он никогда не интересовался ею, занимаясь другими делами. Но теперь начал припоминать. Он слышал, как джентльмены в английском клубе беседовали о достоинствах маленькой китаянки. Англичане, скучавшие в Шанхае, боготворили танцовщицу за ее искусство и красоту.
Следующая вырезка была также взята из английской газеты.
«Сегодня утром произошел печальный случай. Юная девушка, китаянка О-Линг, сестра полицейского инспектора Линг-Чу, была найдена при смерти в глубине двора чайного домика Хо-Хана. Девушка работала там танцовщицей вопреки воле своего брата. Она послужила причиной одного очень неприятного скандала, о котором мы сообщали на прошлой неделе. Предполагают, что этот трагический случай — одно из тех самоубийств, к которым, к сожалению, прибегают девушки, защищая свою честь».
Тарлинг присвистнул.
«Маленький нарцисс»! Значит, она была сестрой Линг-Чу! Он знал китайцев и знал их бесконечную преданность и ненависть, которая никогда не утихала. Торнтон Лайн смертельно оскорбил не только ее, но и весь их род: в Китае оскорбляют не одно лицо, а все общество. И эта девушка, спасая честь своей крови, выбрала единственное средство.
Но какого рода могло быть это оскорбление? Джек стал рыться в вырезках из китайских газет и нашел еще несколько заметок. Все сводилось к тому, что какой-то англичанин-турист стал открыто ухаживать за девушкой. Впрочем, с точки зрения европейца, это было нормальным, но какому-то китайцу не понравилось, и в результате произошел большой скандал.
Тарлинг прочел все газетные вырезки с начала до конца, аккуратно восстановил пакеты и положил их на место. Все сложил, как было, запер ящик и поставил его под кровать, не забыв при этом расправить покрывало.
Он попытался, учитывая новые сведения, разработать версию. Линг-Чу увидел Торнтона Лайна и поклялся отомстить ему. Похитить револьвер было нетрудно. Но почему же он оставил оружие на месте преступления после убийства? Так мог поступить только неопытный человек.
