– Какого черта вы себе позволяете, Фарсер? – продолжала грохотать ее сиятельство, испепеляя его гневным взглядом. – Врываетесь в мой дом без разрешения и в мое отсутствие! Это преступление, из управления вы или нет.
– В дом меня впустил ваш, леди Валерия, слуга. И я беседовал с вашим совершеннолетним сыном, который, полагаю, обладает правом замещать вас в ваше отсутствие.
– В отсутствие адвоката?
– Адвокат требуется при наличии обвинения в чем-либо, – мягко возразил Алек. – Никаких обвинений я не выдвигал. Пока, – добавил он.
– Обвинения? Что за глупости!
– Впрочем, если вы считаете нужным пригласить адвоката…
– Разумеется, нет. Эта трусливая бездарь лишь посоветует мне сотрудничать с полицией, чего я совершенно не намерена делать. Вашему присутствию в моем доме нет никаких оправданий. Покорнейше прошу вас немедленно покинуть его.
– Мне не хотелось бы приглашать вас проследовать со мной для беседы в полицейский участок, мэм. Ряд обстоятельств, которые стали нам известны…
– Слухи! Сплетни! С каких это пор наша бесценная полиция прислушивается к досужей болтовне?
– Смею вас заверить, мэм, с сотворения мира. Как бы мы иначе узнавали, что происходит на свете? Однако в данном случае мистер Парслоу подтвердил, что у него были… интимные отношения с Грейс Мосс. Вряд ли вы можете ожидать от нас, чтобы мы не обратили на это внимания.
Леди Валерия изобразила на лице благородное презрение.
– Молодые джентльмены соблазняли прислугу женского пола с сотворения мира, инспектор. Вряд ли это может служить поводом для полицейского расследования.
– Когда упомянутая прислуга женского пола становится жертвой убийства, мэм, это гарантированно служит таким поводом. Более того, когда молодой джентльмен сознается в том, что она вынудила его дать обещание жениться, чего он вовсе не намерен был делать, когда он сознается в…
Вся надменность разом исчезла с ее лица.
– Да как вы смеете!
– Когда он сознается в том, что рассказал о своем положении сестре и матери, и утверждает, что они предложили разобраться с…
– Вы угрозами вынудили моего бедного мальчика признаться в этих бредовых вымыслах! Вы, похоже, верите в то, что можете обращаться со мной и моей семьей как со сбродом, принуждая к даче ложных показаний ради удобного вам закрытия дела. Я добьюсь, чтобы вас вышвырнули из полиции за угрозы почтенным людям. Если вы не прекратите нести эту чепуху, я позвоню вашему начальству в Скотленд-Ярд.
Алек не выказал ни малейшего беспокойства.
– Прошу вас, звоните, мэм.
Как ни старалась Дэйзи держать себя в руках, тут она не сдержала своего гнева.
– На вашем месте я бы не стала тратить силы зря, – любезно заметила она, подойдя к ним. – Я готова показать под присягой, что поведение инспектора Флетчера соответствовало самым высоким стандартам. И если вы будете жаловаться, они лишь сделают вывод, что вам есть что скрывать.
– Мне нечего скрывать! – Впрочем, возмущения у ее сиятельства заметно поубавилось. – Я застала своего сына в расстроенных чувствах. Я всего лишь хотела защитить его от нечистоплотных махинаций и… – Тон ее голоса вдруг изменился, и леди Валерия, нахмурившись, обратила взор на Дэйзи: – Но ваша-то роль в этом какова, мисс Дальримпл? Вас пригласили погостить в Окклз-Холл. Вам-то что известно об этой грязной истории?
– По просьбе Себастьяна я присутствовала при его разговоре с инспектором. – Дэйзи собралась было рассказать о своей роли в приглашении Скотленд-Ярда, но стоило ей открыть рот, как Алек едва заметным движением головы остановил ее.
– Мисс Дальримпл имела возможность наблюдать в прошлом мою работу, – спокойно произнес он. – Она знает, что я никому не угрожаю. Я задаю вопросы. Поскольку…
– Так вы заодно с этим детективом? – Леди Валерия снова начала распаляться. Она выпрямилась во весь свой впечатляющий рост и угрожающе свела брови. – Боюсь, мисс Дальримпл, я вынуждена просить вас покинуть мой дом.
– Боюсь, леди Валерия, – возразил Алек, – я вынужден просить всех оставаться в доме до тех пор, пока мое расследование не будет закончено.
Она уставилась на него, явно не ожидая возражений против переезда Дэйзи в гостиницу.
– Поскольку вам нечего скрывать, – продолжал он, – вы наверняка не будете возражать против того, чтобы ответить на мои вопросы.
Впрочем, он явно хотел от нее слишком многого.
– Тьфу! – взорвалась леди Валерия. – Если вы ждете, что я стану потакать вашей беспардонной инквизиции, то можете ждать хоть до Второго пришествия!
И, вметнув полы розового плаща, пулей вылетела из гостиной.
– Ух ты! – Алек театральным жестом вытер пот со лба.
– Ох, черт, – выдохнула Дэйзи. – По крайней мере ей не удалось вас сокрушить. Вы и волоска не потеряли.
– Ну да. Хотя я рад, что вы свидетельствовали в пользу моего поведения. Можете представить себе этого юного Адониса на месте для дачи свидетельских показаний, обвиняющего полицию в жестоком обращении?
– Вот видите, и от меня бывает польза, – не преминула заметить Дэйзи. – И вам спасибо – за то, что не дали ей меня выставить. Мне уж показалось, что все, хотя, если подумать, я могу ее понять.
