— Сегодня я был в трех курьерских конторах.
Он закрывает глаза и откидывается на землю.
— Везде сказали, что для меня работы нет. Им нужны люди, которые хорошо знают улицы Бомбея: рикши или водители такси. Только подумай, если бы я уже был рикшей или таксистом, зачем мне было бы идти в курьеры?
— Да, зачем? — медленно соглашается с мужем Кавита, в то же время не переставая размышлять над его словами.
— Потом я пошел узнать насчет работы дхабавалы, — продолжает Джасу. — Как я и думал, за разнос этих закусок по городу платят очень хорошие деньги. Сто рупий в день, представляешь? Но у них длинный список из желающих работать дхабавалой. Они сказали мне заходить каждую неделю и узнавать, нет ли работы. И предупредили, что до того, как это случится, может пройти три-четыре месяца.
Не зная, как реагировать на эти новости, Кавита наблюдает за Виджаем, который рисует пальцем на утрамбованном земляном полу круги.
— Но что хорошо, я встретил одного малого возле главной конторы дхабавал. Он знает большого человека, который может сделать так, чтобы мое имя попало в начало списка. Он может сделать так, что я быстро получу работу, всего за две-три недели. Я отдал ему всего двести рупий.
Кавита с беспокойством смотрит на мужа. Они привезли с собой в общей сложности тысячу рупий. Это были все их сбережения и деньги, подаренные родными.
— Не беспокойся, чакли! — широко улыбается Джасу. — Все хорошо. Он показал мне документы. Он хороший человек. А еще он поможет мне достать велосипед для работы. Я смогу пользоваться им сразу же, без оплаты. Хотя сначала мне придется отдавать заработанные деньги ему в счет велосипеда, но после того, как я его выкуплю, смогу оставлять все деньги себе.
Джасу садится и берет жену за плечи.
— Да не волнуйся ты так. Все ведь хорошо, чакли, очень хорошо!
Он обхватывает голову жены широкими ладонями и целует ее в макушку.
— Все устраивается быстро, как я и думал. Скоро у нас будет своя большая квартира. У тебя будет просторная кухня. А?
Кавита не может не улыбаться, когда у мужа такое настроение. Наступает ее черед выдохнуть и расслабиться.
— О'кей, мистер дхабавала, давай будем ужинать.
Утром две недели спустя Кавита, лежа на их спальном месте, наблюдает, как Джасу ставит в угол комнаты небольшую склянку с холодной водой. Он тщательно умывается и бреется. Всю последнюю неделю муж исправно ходил в контору дхабавал, но пока у них так и не появилось для него работы. Парень, взявший с него двести рупий, тоже больше не появлялся. Но Джасу каждый день встает пораньше и занимает очередь за водой. Он настаивает, что будет ходить за водой сам, хотя обычно это делают женщины из трущоб. Сегодня он услышал о вспышке тифа в северной части поселения. Трое детей уже погибли, и многие сейчас болеют.
— Не подпускай Виджая к грязной воде, — говорит Джасу Кавите. — Местные ходят в туалет где попало, как собаки. Никакого стыда.
Он тщательно одевается и причесывается. Джасу торопится, словно его ждут к определенному времени. Каждое утро, полный надежд, он покидает жену и сына и каждый вечер, в очередной раз отвергнутый, возвращается в их временное жилище.
Кавита выходит из лачуги, чтобы приготовить чаи на чуть тлеющих со вчерашнего вечера углях. От ужина осталось немного кичри. Она разделяет его на две порции для Джасу и Виджая. Пока Кавита готовит завтрак, из лачуг по соседству выходят люди и занимаются тем же. Женщины затыкают между колен измятые сари, садятся на корточки и начинают болтать. Эти соседки живут здесь уже долго. Кавита не вступает с ними в разговор, но внимательно слушает сплетни, которыми они делятся у очагов. Эта болтовня пугает Кавиту, она слышит истории о пропавших детях, об избитых вечером женах. Некоторые мужчины делают самогон из сахарного тростника, а потом продают или обменивают его. А когда выпьют, эти озлобленные мужланы не стесняются вымещать свою ярость друг на друге и на других.
Трущобы похожи на город в городе. Здесь есть кредиторы и заемщики, собственники жилья и арендаторы, друзья и враги, преступники и жертвы. В отличие от хорошо знакомого Кавите деревенского уклада, люди живут здесь как звери: ютятся в убогих хибарах, дерутся за самое необходимое для жизни. Но что самое ужасное — многие люди, прожившие здесь несколько лет, считают это место своим домом. Они занимаются самой грязной и отвратительной работой в городе: чистят туалеты, сортируют мусор и собирают старье. Здесь нет дхабавал. Такие живут в порядочных домах, как порядочные люди. Как только Джасу получит работу, они покинут это жуткое место. Кавита понимает, что здесь им не выжить.
Той же ночью, когда они давно спят, всю семью будят громкие голоса с улицы. Шум подняли какие-то мужчины. Джасу подскакивает к двери. Рядом стоят пустые бутылки из-под «Голд Спота», в которые они набирают воду по утрам. Джасу берет в каждую руку по бутылке. Кавита садится и прижимает к себе едва проснувшегося Виджая. Глаза начинают различать в темноте предметы.
