Тайная доктрина. Том I полностью

Это очевидное возвращение Оккультных Причин в область физики испугало даже современников Ньютона. Лейбниц называл его принцип притяжения «невещественной и необъяснимой силой». Предположение о силе притяжения и совершенной пустоте было охарактеризовано Бернульи, как «возмутительное»; и принцип (actio in distans) действия на расстоянии не встретил тогда более благосклонного внимания, нежели сейчас. С другой стороны, Эйлер думал, что действие тяготения было обязано какому-либо Духу или другой тончайшей среде. Тем не менее, Ньютон знал, если и не принимал Эфир древних. Он рассматривал промежуточное пространство между небесными телами, как пустоту. Потому он верил, как и мы, в «тончайший Дух» и Духов, руководя щих так называемым притяжением. Вышеприведенные слова великого человека дали жалкие результаты. «Нелепость» сделалась ныне догмою в чистом материализме, который повторяет: «нет Материи без Силы, нет Силы без Материи; Материя и Сила нераздельны, вечны и нерушимы (верно); не может быть независимой Силы, ибо всякая сила есть врожденное и необходимое свойство Материи (неверно), следовательно не существует нематериальной Творческой Силы». О, бедный сэр Исаак!

Если, оставив в стороне всех других выдающихся людей науки, которые согласны с мнением Эйлера и Лейбница, оккультисты будут утверждать, как авторитетами и своими сторонниками, лишь сэра Исаака Ньютона и Кювье, как приведено выше, то им не следует бояться современной науки, и они могут громко и гордо высказывать свои убеждения. Тем не менее, нерешительность и сомнения вышеупомянутых авторитетов, также и многих других, которых мы могли бы назвать, нисколько не помешали научной спекуляции, так же как и раньше, блуждать наугад в области грубой материи.

Сначала это была материя и невесомый флюид, отличный от нее. Затем появился невесомый флюид, подвергнутый Гровом такой критике; затем Эфир, который сначала был не сплошным, а затем стал сплошным; после этого явились «механические» Силы. Они сейчас вошли в жизнь, как «виды движения», и Эфир стал более, нежели когда-либо, таинственным и проблематичным. Многие ученые отвергают подобные грубые материалистические взгляды. Но ведь со времен Платона, неустанно указывавшего своим читателям не смешивать невещественные элементы с их Принципами – трансцендентальными или духовными Элементами; со времени великих алхимиков, подобно Парацельсу, делавших большое различие между феноменом и его причиною или же Нуменом, до эпохи дней Грова, который хотя и не видит «причины лишать всемирно разлитую материю функций, обычных всякой материи», тем не менее, употребляет термин Сил там, где критики его, «не придающие этому слову никакой идеи специфического действия», говорят – Сила; так с того времени до наших дней ничто не оказалось достаточно сильным, чтобы противостать приливу грубого материализма. Тяготение есть единственная причина, действующий Бог, и Материя его пророк, говорили ученые лишь несколько лет тому назад.