С этими словами он выглянул в коридор, и Полли обернулась. Там стоял Рекс. Пес смущенно озирался по сторонам, словно не был уверен, что здесь ему рады.
— Я не пришла к тебе, потому что решила сперва попробовать поговорить с ним, — объяснила Полли. — Ты выглядел таким несчастным, когда этот терьер прогнал нас. Я не могла допустить, чтобы ты прошел через это снова.
— Но я обязан. — Рекс вздохнул и подошел к девочке. — Полли, это мое призвание. Он один из нас. — Рекс уселся рядом с Полли и посмотрел наверх, на полку. — И я не оставлю его одного, как бы он ни желал обратного.
— И желаю! — гавкнул белый терьер, не сводя с них внимательных глаз. Он спрыгнул с полки на спинку кресла. Даже могучий Рекс был вынужден сделать шаг назад. — Вы что, не понимаете, что я хочу остаться один?
— Собаки — стайные животные, — пришел в себя Рекс. — Мы живем все вместе. А ты один из псов Пенхеллоу.
— Я жил здесь не так долго, чтобы быть псом Пенхеллоу, и я не хочу ни с кем жить вместе, чтоб ты знал!
Рекс сердито зарычал.
— Нравится тебе это или нет, но ты один из нас. Мы живем все вместе, потому что так мы сильнее. И ты не можешь отрицать, что тебе одиноко!
— Да, я одинок, но это мой выбор. Я не просил вас будить меня и заставлять разговаривать! — Белый терьер отвернулся от Рекса и уставился на Полли. — Зачем ты здесь?
— Я подумала, что ты несчастен… — смутилась Полли. — И хотела тебе помочь. И Рексу плохо от того, что ты так одинок, разве ты не понимаешь?
— Рекса мое одиночество не касается. Кто была та, вторая девочка?
Полли удивленно заморгала. И тут она все поняла: это Люси пробудила собаку.
— Моя школьная подруга. Она приходила ко мне в гости после уроков. Она увидела тебя и погладила твой нос. Ты почувствовал ее прикосновения?
— Может быть. — Пес угрюмо втянул голову. — Как ее зовут?
Полли уселась на пол напротив кресла.
— Я скажу тебе, как ее зовут, если ты расскажешь нам, почему не хочешь ни с кем говорить.
Пес снова зарычал, шерсть у него на загривке встала дыбом, и он принялся ходить взад и вперед по спинке кресла.
— И вы тогда обещаете оставить меня в покое?
Полли не хотела соглашаться, но это был единственный способ узнать правду, а значит, и помочь.
— Обещаю.
Полли услышала, как скрипнул пол. Это Рекс устроился рядом с ней.
— Я приехал сюда с фермы неподалеку. Тогда я еще был щенком, совсем маленьким. — Пес внимательно посмотрел на Магнуса и Рекса, как если бы завидовал их внушительным размерам. Затем соскочил со спинки кресла и уселся на подушке. — Меня подарили им. Джеку и Энни. Они сами недавно приехали в Пенхеллоу и были так же сбиты с толку, как и я.
— Их эвакуировали? — аккуратно спросила Полли.
Все три собаки непонимающе уставились на нее. Вероятно, они не знали, что значит это слово. Уильям, похоже, тоже не до конца понимал.
Полли замялась.
— Ну, в смысле, они приехали в Пенхеллоу из города? Чтобы спастись от бомб?
— Да. — Белый пес замолчал на некоторое время. — И мисс приехала за мной. Сказала, что я помогу детям отвлечься. Им здесь не нравилось.
— Как им могло тут не нравится? — возразил Рекс, недоумевая. Он любил Пенхеллоу всем сердцем, был его частью и ожидал, что все разделяют его чувства.
— Ну, они расстались со своими семьями, — заметила Полли. — А мисс Робертс говорила, что многим из них не нравилось находиться в деревне. Городские дети никогда не видели домашних животных. Здесь все оказалось другим.
Рекс хмыкнул, но возражать не стал.
— А эта игрушечная собака? — спросила Полли. — Она принадлежала Джеку и Энни?
— Энни, — кивнул пес. — Она держала ее в руках, когда их привезли сюда. Сначала она звала его просто Пес, а потом он стал Скипом в честь меня. Она любила его. Джек и Энни любили нас обоих, хотя они и не были счастливы здесь. — Терьер свернулся в маленький белый клубочек.
— Что случилось? — прошептала Полли. Она не хотела знать, но обязана была спросить. Это как трогать шатающийся зуб, который и без того готов выпасть.
— Они вернулись в город.
— Но… но они не могли! — воскликнула Полли. — Этого нельзя было делать! Город же бомбили! Они должны были остаться здесь, в безопасности!
— Энни все время плакала. — Терьер уткнулся носом в подушку и говорил почти неслышно, так что остальным пришлось придвинуться ближе. — Она обычно плакала, зарывшись лицом в мою шерсть или в свою игрушку. Их отец приехал за ними и забрал их обратно в город.
— А ты? — голос Полли дрогнул.
— Они жили в квартире. Для собаки там нет места. Дети хотели меня оставить, но отец им не разрешил. Мисс пришлось увести меня, чтобы дети перестали плакать. Она заперла меня в стойле, потому что я все время выл. А Энни, должно быть, обронила Скипа, когда отец уносил ее. Она так плакала, что, наверное, не заметила.
— И все? Ты больше никогда их не видел?
— Я не сразу выбрался из конюшни. — Пес посмотрел на Полли через плечо. — В стене была прореха — плохо прибитая доска. Я скребся изо всех сил и наконец сумел проделать достаточное отверстие, чтобы пролезть. Но они уже уехали к тому времени.
